— Дело есть к тебе, Володя. Очень важное дело, надо бы помочь.
— Весь во внимании, чем сможем, тем поможем.
— Мой начальник штаба совсем зеленый.
— А, этот, зятёк генерала. Так чем помочь?
— Ты же знаешь, округ берет на проверку один батальон и управление полка.
— Ты решил уже какой?
— Без меня решили. Я вот о чем. Надо бы на две недели забрать начальника штаба под видом составления расписания проверки.
— На две недели, наверное, много.
— Как раз норма, чем больше, тем лучше.
— Я тебя понял, что сильно мешает?
— Да, я пришлю его к тебе. Чиркай, исправляй, пусть по десять раз переписывает. Кстати, у него жена там живёт, она тут и не появлялась, так что он доволен будет. Задачу ему поставишь, следующую встречу назначишь через день или через два, чтобы не мешал тебе. Он будет доволен как слон. Отпустишь его, Володя, тогда, как только командующий утвердит расписание проверки. Тогда будет и баня, и рыбалка, и всё остальное.
— Я тебя понял, Вадим. Программа предельно ясна. Отправляй его срочно сюда. Я его загружу по самые уши, тут у меня работы полно. Только ему в придачу писаря-чертежника дай, чтобы умел хорошо плакатным пером писать.
После звонка Никольцев вызвал к себе Менкова.
— Звонили с управления боевой подготовки, — сказал он, — вам необходимо убыть в командировку в штаб округа. Возьмёте с собой писаря. Там будете готовить расписание проверки для утверждения командующим округом. В управлении вас ждет подполковник Панков. Вы поступаете в его распоряжение. Он вам окажет помощь. Вы же первый раз его составляете. Все вопросы только к нему. Поймите, это очень серьёзно, поэтому торопиться не надо, глядите, чтобы командующему не подсунули чепухи. Думайте над каждой строчкой. Если хотите, это ваш первый экзамен перед командующим. Будут вопросы, звоните сюда. Ну, а если Панков даст вам какую-нибудь свою работу, вы не отказывайтесь. Нам же им проверку сдавать, Зеленкова оставьте за себя и через час убывайте.
Любитель кабинетов и «большого» штаба Менков был доволен. Сейчас он ехал по шоссе, разные мысли лезли ему в голову. Все складывалось как нельзя лучше. За подготовку к проверке никакой ответственности. Командир отослал в командировку заниматься важным делом. На всякий случай доложу Виктору Павловичу, я думаю, комдив одобрит этот отъезд. Сейчас первый провал, а осенью еще один. Там и командира полка пора убирать. Так, без шума, чтобы не мешал. Когда у тестя сидели, выпивали, комдив сказал: «куда он денется, прижмем, сам согласится с меньшим объёмом». Глядишь, Менков уже командир полка, докажет всем этим служакам, окончившим академии. Гордость за себя подпирала в груди. Долго не буду, комполка. Думаю — так годик-полтора, а затем поближе к штабу округа, поскорее из этой дыры. Лиля правильно сделала, что не поехала сюда. Пусть с дочуркой поживёт у матери. Генералу, я думаю, не тесно, а если тесно, быстрее перетащит меня в город и квартиру пробьёт. Дыры предназначены таким, как Никольцев, как в песне поётся: «прежде думай о Родине, а потом о себе». Этим дуракам забивают мозги, и песни для них сочиняют. Никольцев даже свою личную жизнь устроить не может: жена с тренером шашни крутит, весь городок об этом знает, а ему неведомо. Для него полк важнее! Менков должен жить в крупном городе, по-человечески, со всеми благами.
Не думал Менков о том, да и не мог он об этом знать, что через несколько лет грянут большие перемены. Армия начнет разваливаться, пойдут массовые сокращения. Они окажутся выброшенными на улицу и станут гражданскими людьми. Но Никольцев пробьётся вверх — станет депутатом Верховного Совета. Менков, будет часто видеть его на телеэкране. Однажды они даже встретятся: он, Менков, открывающий заводские ворота и Никольцев, делающий визит на этот завод. А сейчас Менкову было приятно. Он был горд за себя и доволен за свою судьбу, напевая себе под нос песню.
— Сергей, удочку мою не выбросил? — обратился он к водителю.
— Там сзади лежит.
— А ну-ка, давай сверни на водохранилище, пару часиков отдохнем.
Клев был хороший и Менков никак не мог оторваться от ловли и продолжить путь. Только спустя четыре часа он собрался снова в дорогу. Фыркая, УАЗ выскочил с гравийки на асфальт. Его мотор загудел монотонно. Под урчание мотора и легкого покачивания Менков впадал в дремоту.
Бурцев проснулся рано утром. Рассветало. На улице чуть-чуть просматривались серые коробки домов, свечки стоящих возле них столбов.
— И чего мне не спится. Полк сдал проверку, учения отыграли неплохо. Мой батальон сегодня в полковом наряде. И к тому же сегодня воскресенье.
Он заметил, что проснулся не от холода, как это бывало зимой, а просто оттого, что уже выспался.
— Вот чудеса, приучил себя спать по пять часов в сутки, теперь просыпаюсь спозаранку.
Высунул руку из-под одеяла. Она не замёрзла.
