Однако женитьба Гиза и Магариты вовсе не входила в планы Екатерины Медичи и ее сына Генриха, который старался сосредоточить в своих руках если не всю власть, то хотя бы ее ветви. Вражда католиков и гугенотов должна наконец прекратиться. Этому как нельзя лучше может способствовать свадьба Марго с королем Генрихом Наваррским. Сердце Маргариты принадлежало де Гизу, но разве этого кого-нибудь волновало? Речь шла о делах государственных.
Марго отнеслась к известию о ее возможной свадьбе спокойно - она была уверена, что этого не произойдет. Римский Папа никогда не даст благословения на брак католички и гугенота. Марго плохо знала свою мать. Если Медичи что-то решила, она уничтожит все препятствия, возникающие на ее пути. Марго была права - Рим объявил этот брак богопротивным, но об этом мало кто знал. Екатерина распорядилась перехватывать курьеров из Италии с известием о запрете бракосочетания, а сама договорилась с кардиналом о совершении акта непослушания Ватикану. Венчание было назначено на понедельник 18 августа 1572 года.
Бурные свидания Марго и де Гиза продолжались. Однажды Марго имела неосторожность добавить страстный постскриптум к письму, которое Генриху де Гизу отнесла ее фрейлина Пик де Мирандоль. Фрейлина была любовницей дю Гаста, одного из приближенных брата короля, Генриха Анжуйского. Все тайны и все интриги королевского двора выбалтывались в постели. Постель была одним из самых главных источников тайной информации. Дю Гаст, получив письмо из рук своей преданной любовницы, тут же отнес его герцогу Анжуйскому. В этот же день Маргариту вызвали король и королева-мать. Они в буквальном смысле набросились на Марго. Взбешенный король кричал, что никогда этот лотарингец не станет мужем его сестры, первой девы Франции, и чтобы она даже думать об этом не могла. Герцог де Гиз будет убит, если только она не прекратит свидания с ним. Все в ожидании свадьбы, необходимой Франции, а невеста не вылезает из постели какого-то де Гиза.
Король всерьез решил расправиться с любовником сестры. Он вызвал своего сводного брата, графа Овернского, будущего графа Ангулемского, внебрачного сына Генриха II, и приказал ему убить герцога де Гиза на предстоящей псовой охоте. Убийство представить как несчастный случай. Каким-то чудом Марго узнала об этом приказе и оповестила де Гиза. Ему удалось уклониться от участия в охоте. Но было ясно, что надо что-то предпринимать, чтобы свести гнев короля на нет. Ему посоветовали как можно быстрее жениться, только тогда король может сменить гнев на милость. У Гиза выбора не было. Без промедления была устроена его свадьба с Екатериной Клевской, принцессой княжества Порсиан, которое находилось в Шампани к северу от Реймса. Герцог Анжуйский при встрече с де Гизом все же пригрозил ему:
- Советую вам не пытаться снова увидеть мою сестру и даже не думать о ней, иначе я вас убью.
Генриху де Гизу не оставалось ничего другого, как забыть свою блестящую любовницу, что он и постарался сделать.
Марго была в отчаянии. Но свадьба де Гиза отрезвила ее - и на смену страданию пришло холодное равнодушие ко всему. Конечно, она не будет противиться свадьбе с Генрихом Наваррским. Да и как она могла противиться? При всей ее независимости в поведении такие решения в королевской семье принимала не она. После свадьбы Марго станет королевой Наваррской. Звучит внушительно, хотя Наварра - королевство, которое можно обскакать на одной ноге.
К Генриху она не относилась никак. Когда-то в детстве они играли вместе, но что это за человек теперь, она не имела понятия. Да и не хотела иметь. Теперь ей было все равно.
Генрих приехал увидеть свою невесту за несколько дней до свадьбы. Он помнил ее совсем девочкой, теперь перед ним предстала красивая, обворожительная женщина, при этом очень хорошо образованная, это чувствовалось по первым словам, которые она произносила, по манере говорить и держать себя. Она была элегантна, утонченна, божественна. Генрих при всем своем гасконском самообладании растерялся. Он чувствовал себя крестьянином в сравнении с Марго.
Свадебная церемония была назначена в соборе Парижской Богоматери. Накануне, 17 августа, Маргарита проплакала весь день, слезы на ее глазах не обсохли и в праздничный день, 18 августа. Ярко светило солнце, но не могло разогнать тучи в душе Маргариты. Когда она смотрела на своего неотесанного жениха, она вспоминала де Гиза, и снова комок подступал к горлу. И все же она была, как всегда, необыкновенно красива. Грусть даже придала ее глазам особую глубину, и все любовались молодой королевой. Вот как описывает Марго в тот день ее современник Брантом:
