Альфред жаждал близости. Хотела ее и Жорж, но не так - в перерывах между курением и шутками Альфреда. Что-то должно было произойти значительное. Ведь она мечтала об идеальном любовнике, о глубокой и верной любви. И Мюссе, конечно, очень быстро понял это. И когда понял, написал ей письмо о том, что, к сожалению, она видит только одну сторону его сложной натуры, и довольно-таки поверхностную. Письмо заканчивалось словами: "Любите тех, кто умеет любить; я умею только страдать... Прощайте, Жорж, я люблю вас, как ребенок..."
О глубокой и верной любви Альфред догадался правильно, но он и сам не подозревал, насколько верно попал в точку, употребив ключевые для Жорж слова: "люблю вас, как ребенок". Это был самый верный путь к ее сердцу. "Я влюбилась, и на этот раз очень серьезно, в Альфреда де Мюссе. Это не каприз, это большое чувство..." - пишет она Сент-Беву.
Следующая встреча в квартирке на улице Малакэ была страстной и горячей, непохожей на предыдущие. В этот день они не смеялись, они предавались любви, а когда после страстных ласк Мюссе курил в постели трубку, Жорж гладила его по светлым волосам. В глазах ее стояли слезы счастья. Она будет не только любовницей Альфреда, но и его матерью, и его сестрой милосердия.
На следующий день он переехал к ней. Этот переезд и их совместное проживание на Малакэ поначалу вызвали в кругах парижской богемы неприятные сплетни. Это объяснялось просто. Общество не хотело терять двух блестящих свободных людей, оно ревновало, опасаясь, что теперь Мюссе и Санд будут принадлежать только друг другу. Отчасти эта ревность была оправданной первое время Жорж и Альфред были поглощены своей любовью. Жорж ставила на своих книгах такие посвящения: "Господину моему мальчугану Альфреду. Жорж". Или: "Господину виконту Альфреду де Мюссе в знак совершенного почтения от его преданного слуги Жорж Санд".
Но постепенно к этому все привыкли. Париж и тогда отличался от всего остального мира терпимым отношением к личной жизни каждого человека, а тем более к жизни таких больших художников, какими были Жорж Санд и Альфред де Мюссе. Справки об официальном оформлении любовных отношений у них никто не спрашивал.
Приятели Альфреда, поначалу испугавшиеся потерять его, предостерегали поэта, запугивая его ужасами, которые испытал его предшественник Жюль Сандо. Но это только еще больше возбуждало Мюссе. Он мог им ответить словами, сказанными позже Ницше: "Там, где опасность, я вырастаю из-под земли".
Альфред забыл об опиуме и проститутках. Внешние возбудители были ему не нужны. Он любил Жорж и наслаждался ее материнской опекой и заботой. Жили они весело. У них часто бывали гости, и вечера проходили в духе студенческих сборищ. Фантазиям Альфреда не было границ. Однажды они пригласили на ужин философа Лерминье. Стол был накрыт на две персоны. Лерминье отсутствие Мюссе слегка огорчило.
- Где же Альфред? - разочарованно спросил гость.
Вместо ответа открылась дверь, и появился Мюссе - в короткой юбке, грубо, безвкусно накрашенный, с крестиком на голой шее - одним словом, вылитая крестьянская девушка-прислуга - и молча стал подавать на стол еду. Лерминье и Жорж умирали со смеху. Служанка Альфред была серьезна и собранна. Но в какой-то момент как будто поскользнулась и опрокинула графин с вином прямо на голову философа. Пострадавший Лерминье хотел было возмутиться - это уж слишком! - но, увидев картинно испуганное лицо Альфреда, который тут же упал на колени, прося прощения, философ просто затрясся от хохота. А Мюссе встал с колен и с театральными слезами на глазах взял салфетку и стал ею вытирать вино с головы и с фрака Лерминье, еще больше пачкая его.
Мюссе предложил поехать на недельку в Фонтенбло насладиться природой. Первые дни в уединенной тиши они наслаждались одиночеством и благодатью, но, когда наступило время возвращаться в Париж, одна сцена испортила все приятное впечатление от поездки. И заставила Жорж задуматься об их совместном будущем.
Они гуляли ночью в полнолуние. Проходили мимо кладбища. И вдруг Альфред серьезно посмотрел на Жорж и сказал:
- Зачем он пришел ко мне? Мне еще не пора.
- Кто? - испуганно спросила Жорж. - О чем ты, Альфред?
- Не смотри ему в глаза, - прошептал Мюссе.
- Да кому же?! Что с тобой, о ком ты говоришь? Здесь никого нет! вскрикнула Жорж.
Альфред бросился ничком на землю и разрыдался.
- Он уходит. Он наконец уходит. Вон, видишь, человек в изорванной одежде. Этот человек - я.
И он уткнулся головой в плечо Жорж, содрогаясь от всхлипываний.
Припадок постепенно прошел, и они вернулись в гостиницу. Мюссе, ослабленный переживанием, быстро уснул. Утром, увидев испуганное лицо любовницы, он попытался все обратить в шутку. Нарисовал шарж, где в карикатурной манере изобразил себя, валяющимся на земле возле кладбища в рыданиях. И подписал: "Упавший в лесу и во мнении своей любовницы. Сердце столь же растерзано, как и платье".
