- Понимаю, - плавно кивнула Ангелина Дмитриевна и отпила потрясающе вкусный и ароматный чай, которого я допивала уже вторую кружку. – Что-нибудь придумаю, Адочка. Ты, кстати, как с Андрюшей? Ладишь?
Рассказать ей про шокер? Про кофе она, наверняка, уже в курсе. А про кошку?
- Ладим, - я решила немного приукрасить. Очень сильно приукрасить. – Почти даже подружились.
- Хорошо, - протянула бабушка, пряча очень странную улыбку за ободком кружки. Пожалуй, её чаи я больше пить не буду. Пугает она меня этими загадочными полуулыбками. – Ты не смотри, что он у меня ворчун. Человек он добрый, ласковый.
- Кто? – кажется, я выпала из разговора, потому что речь пошла явно о ком-то другом.
- Андрей мой. Кто же ещё?! Он у меня хозяйственный, рукастый. Знаешь, как ловко огород мой перекапывает? За день! И даже не устаёт.
- Ммм, - протянула я. Верилось, конечно, с трудом в то, что этот чистюля ступит на клочок земли, не покрытый асфальтом. И уж точно он не станет заниматься такой грязной работой, как огородные дела.
- А детей-то как любит! Жалко только, что своих так и не получилось. Хотя, один бы сейчас уже… - начала она задумчиво, но тут же себя оборвала. – Ладно. Успеет. Молодой ещё.
- Кто молодой? – не поняла я.
- Внук мой, Адочка, - укоризненно цокнула Ангелина Дмитриевна. – Ты что-то сегодня подтормаживаешь. Вчера сообразительней была.
- Недосып, наверное. Не привыкла просыпаться в четыре утра.
- Ну, это дело привычки. Привыкнешь ещё.
- Угу, - вздохнула я пессимистично. Залпом допила остатки чая и поставила пустую кружку на блюдце. Заглянула в глаза бабушке и, подарив ей улыбку прилежной девочки, поспешила откланяться. – Спасибо за чай. Очень вкусный. Но мне пора возвращаться на рабочее место. Сами понимаете, долг сам себя не отработает.
- Понимаю, деточка. Понимаю. Ты, кстати, дома-то у него что делаешь?
- Убираюсь и готовлю. Сегодня вот кошку его постирала.
- Интересно, - усмехнулась бабушка. – Я на эту дикарку даже смотреть боюсь. Её нрав только Андрюша смог усмирить.
- Думаю, после сегодняшнего мы с его кошкой вряд ли теперь подружимся.
- Ничего. Привыкнет, - махнула она с легкостью рукой. – Ты уже придумала, что будешь на ужин готовить?
Я мысленно молюсь о том, чтобы Афанасьев и сегодня отменил ужин. Так как ещё пару часов на ногах и я просто вырублюсь, прислонившись лбом к какой-нибудь стене.
- Не придумала. Да и вряд ли я смогу ему угодить.
- В голову не бери, Адочка. Мой внук любит простую еду. Чем проще, тем ему вкуснее.
- Это вам так кажется. Потому что вы его бабушка, а то, что приготовила бабушка априори вкусно, потому что святое.
- А ты приготовь ему сегодня на ужин картошку по-деревенски. Его любимую. И сама убедишься, что он любит простую еду.
- Попробую. Ну, ладно, пойду я.
Поднявшись на этаж к кабинету Афанасьева, я наткнулась на несущуюся на меня Оксану.
- Где тебя носит?! – прошипела она, прижимая телефон к груди. – Быстро кофе в кабинет Андрея Васильевича!
- Когда ж он напьётся им? – выдохнула я тяжело и поплелась к маленькой комнатке, что служила здесь кухней.
Сварила горький кофе, у которого вкусным был только запах и, мечтая скинуть с уставших ног туфли, пошла в кабинет Афанасьева.
Потянулась к ручке, но вспомнила, что нужно постучаться.
Бесит! Будто непонятно, что после того, как он попросил кофе, в кабинет придут именно с кофе. Нафига стучаться? Он же всё равно ждёт.
Постучалась костяшкой среднего пальца.
Несколько секунд залипала взглядом в черное дверное полотно. Одна моя нога просто подвернулась на ровном месте, из-за чего я едва не расплескала кофе.
Сегодня я слишком много бегала по этажам с бумагами, будто в этом офисе отключили электронную почту, и письма носила я.
С секунду подумав, быстро сняла туфли и отодвинула их ногой в сторону от двери, чтобы идиот Афанасьев не запнулся о них, если решит выйти.
- Войдите, - наконец, донеслось из его кабинета.
В кабинет я вошла, не глядя на босса. Смотрела только на кофе, боясь его расплескать.
Забавно, что весь сегодняшний день Афанасьев встречал свой кофе стоя у окна подальше от стола. Я ставила кофе и уходила. Вот и сейчас босс стоял у окна, хмуро глядя на меня из-под сведенных бровей.
- Зачем ты к концу дня снимаешь туфли? Что я тебе говорил про дресс-код? – он смотрел на мои ноги в тонких черных капронках так, будто они воняют.
- А вы попробуйте побегать на одиннадцатисантиметровых каблуках по этажам.
- А ты попробуй найти обувь попроще.
- Не хочу, - бросила я спокойно, глядя ему в глаза.
- Почему? – повел он широкой бровью.
- Потому что мне нравятся мои неудобные туфли.
- Ясно, - прозвучало это так, будто он поставил моим интеллектуальным способностям неутешительный диагноз.
- Ужин вам сегодня готовить или как вчера?
- Ужин… - протянул он задумчиво и заглянул в свой телефон. Что-то там полистал, попечатал и стал ещё суровее, чем секунду назад. Поднял на меня взгляд, будто хотел прихлопнуть, как назойливую муху. – Ты забыла, что должна отрабатывать долг без выходных? Приходишь и готовишь. Желательно так, чтобы я тебя не видел и не слышал.
