Дверь в комнату тихо закрывается, и я, наконец, остаюсь одна. Несколько мгновений смотрю на нее, как будто опасаюсь, что они вернутся. Нет, в коридоре тихо. Смотрю на ручку двери, под ней — ключ, могу запереться изнутри. Подношу руку, чтобы повернуть его… И отнимаю в последний момент, почему-то мне кажется, что этого делать не надо — никто не войдёт сюда без моего разрешения. Поворачиваюсь спиной к двери и медленно оглядываю комнату, я даже не успела ее рассмотреть как следует. Большая, с широким окном, палевые тисненые обои добавляют ощущение света и простора. Подхожу к окну и осторожно распахиваю створки, в комнату хлынул свежий майский воздух, чувствуется запах свежескошенной травы, откуда? Выглядываю наружу, внизу большая лужайка, наверное, ее недавно подстригали, оттого и запах. Напротив вижу ещё один внушительный особняк, интересно, кто там живёт? Может, даже и Сондра? Она где-то рядом, может, смотрит на меня сейчас из вон того окна напротив… Или этого, там занавеска дрогнула… От этой мысли стало неуютно, выпрямилась и задернула тюлевую штору, спрятавшись за ней. И тут же снова почувствовала досаду — почему я прячусь? Что плохого я сделала? Я в доме родственников мужа, и что бы кто ни думал — я имею право тут находиться. Вздыхаю, все это, конечно, правильные слова, но… Я все-таки не родилась в таком доме, я тут не по праву рождения. Я… Внезапно мои губы изгибает усмешка, какая-то не моя… Право рождения. Я — Олден! Если бы они узнали, кто я и чей прямой потомок… Что бы они сказали? Аристократия… И среди них я — первая. Да, я все еще «девочка с фермы», моя семья — бедные безвестные люди, никакого сравнения с блестящим обществом Ликурга… Почувствовала стыд. Как я могла так подумать о своих родителях? Отец, мама, простите меня. Просто столько всего со мной сейчас происходит, голова идет кругом. И очень устала. А с аристократией и моим происхождением мы как-нибудь разберемся. Пока же пусть никто об этом не знает, свёрток со старыми документами мы надёжно спрятали в тайник коридора перед отъездом и решили — будем помалкивать.
Оставляю окно открытым, пусть идёт свежий воздух. Какой большой трельяж… Тоже видела такие только в кино, так необычно чувствую себя, стоя перед ним. Ну и лицо у меня, бледное, глаза усталые… Ужин, сказали, в семь часов, надо отдохнуть. Может, не пойти? Отговорюсь усталостью, и ничего страшного. И буду сидеть тут взаперти одна, ждать Клайда… А когда он сможет прийти, неизвестно. Нет. Я отдохну и спущусь вниз, меня пригласили и невежливо будет тут отсиживаться, Майра так добра ко мне, да и миссис Грифитс оказалась совсем не такой страшной, как я себе вообразила. Да и проголодалась, мне сейчас надо есть за двоих, себя и дочери. Не поужинаю — влетит от Клайда. Пойду. Только надо переодеться в домашнее и прилечь на эту большую, даже на глаз мягкую и удобную кровать. Наверняка не скрипучую. Печально улыбнулась, нам с Клайдом не проверить это сегодня, не пришлось бы вообще спать одной. Я уже отвыкла от этого за десять дней, мне будет холодно и одиноко. Опять я себя настраиваю на нехорошее… Сундучок осторожно ставлю в угол, чемоданы разложу потом, достала только свои принадлежности, полотенце и домашнее платье. А где тут… Вдруг испугалась, что придется идти искать кого-нибудь и спрашивать дорогу. Я умру от смущения… Уфф, не придется, вот она, небольшая дверь в дальнем углу. Мне уже давно надо, при Белле с Майрой стеснялась туда пойти. Я еще даже при муже смущаюсь иногда… Вот, теперь все хорошо, и можно, наконец, лечь. Сразу накрыла дремота, стоило положить голову на подушку. Последняя мысль была, Клайд, любимый… Как ты, где ты, я с тобой, я жду тебя…
— Сондра.
— Слушаю, Алистер.
— Я кое-что не успел тебе сказать, ты так внезапно ушла…
— Мне не хотелось более выслушивать твои проповеди о ненависти, Ал.
— О, ни слова об этом. Хочешь, скажу нечто о Клайде и Роберте? Очень интересное.
— Говори.
— Я был в архиве, меня заинтересовала девичья фамилия клайдовой фермерши.
— Весь Ликург уже ее знает, Олден. И что?
— Олден. Как странно, что до сих пор никто не обратил на это внимание. Странно также, что до сих пор никто не понял, что все началось с нее, у нее — все ответы.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я отправил тебе с посыльным книгу, прочти ее.
— Что за книга, Ал? Почему ты никогда не говоришь прямо?
— Потому что недостойно идти лёгкими путями. Прочти ее, ''Пилигримы и старинная история Массачусетса''. Впрочем, можешь сразу открыть ее на сорок третьей странице.
— Что я там найду?
— Возможно, ответ на свой вопрос, Сан. То, что знает только Роберта Олден.
