Дядя пожал плечами, снова переглянувшись с Гилбертом. На лице Ольги брезгливая гримаска. Найт бесстрастен и слушает. Я продолжаю.
— Эти требования — нереальны, абсурдны. Даже полный идиот не выдвинет такое хозяину, не попытавшись вступить в переговоры, чтобы выторговать хоть что-нибудь. Дядя, они выходили с вами на связь? Посылали представителей?
— Нет, Клайд.
Они с Гилбертом заинтересованно подались вперёд, Ольга вернулась в кресло, налила себе ещё кофе. Найт неподвижен.
— То есть, они расклеили эти бумажки, объявили забастовку и остановили процесс, тем самым парализовав фабрику? И с тех пор просто сидят там молча?
Гилберт кивнул.
— Да, Клайд, так и происходит.
Я кивнул в ответ, отпив горячий крепкий напиток.
— Значит, там не забастовка, дядя. Там что-то другое.
— Что же? — в голосе Ольги явное недоверие к моим словам.
Незаметно вздыхаю, ей всюду мерещатся ''красные'', а что поделать… Может, потом с ней можно будет поговорить наедине, спокойно. Ее глаза мне не нравятся, того и гляди взыграет бурное прошлое. Показываю всем листовку и медленно произношу, взвешивая каждое слово.
— Это диверсия, дядя. Требования, листовки, громкие заявления — маскировка под забастовку, под «красных». За всем этим — кто-то, кому до прав рабочих нет никакого дела. Кто-то, стремящийся ударить конкретно по нам. Грифитсам.
От Найта донеслось негромкое.
— Поддерживаю.
Это было первое слово, произнесенное им за все время. Наступившее молчание предлагало Найту продолжить, он встал и подошёл к большой черной доске, висящей на стене напротив письменного стола. Только сейчас обратил на нее внимание, рядом на подставке — куски разноцветного мела. Найт обернулся к нам.
— Вы позволите?
Никто не ответил, и он повернулся обратно к доске, неспешно взял мел. Вывел крупными буквами ''Грифитс и Ко''. Под этим — аббревиатуру ИРМ. Что-то мелькнуло на задворках памяти… Что-то я читал когда-то… ИРМ. Найт начал объяснение.
— Я — детектив, не бизнесмен, не политик. И подошёл к анализу ситуации, как детектив.
Однако… Куда подевался перепуганный паренёк на вокзале? Где хлыщ в вагоне, развязно пристающий к растерянной Роберте? Холодный голос, бесстрастные глаза, спокойные руки. И теперь, когда он стал собой, не играя образ, хорошо видно — никакой он не паренек, ему минимум под сорок. Ох, непрост ты, Найт… Интересно, Берта тебя сейчас видела? Мысленно усмехаюсь, ещё увидит. Но он продолжает, и это — стоит выслушать.
— Кому происходящее выгодно, что происходит вокруг, кто и как реагирует. С кого все началось. Итак…
На доске выписываются названия фабрик Ликурга. Предприятия Финчли, Крэнстонов, Стилов, Гарриэтов.
— Я выяснил, что на всех предприятиях Ликурга, Гловерсвиля и Утики имеются ячейки ИРМ.
Нет, не могу вспомнить… Поднял палец, Найт повернул ко мне голову. Все остальные — тоже.
— Сэр?
— Что такое ИРМ? Я смотрю, все в курсе, кроме меня.
Гилберт усмехнулся, иронично подняв бровь. Вижу, что когда пошел конкретный разговор, он стал выглядеть уверенней.
— Клайд, есть что-то, чего ты не знаешь?
— Гил.- дядя буркнул это негромко, но внушительно.
— Я тоже не знаю, — донеслось от ольгиного кресла, — но судя по буквам, явно нечто ''интернациональное''.
Ольга даже не пытается скрыть сарказм. Дядя строго на нее посмотрел, она сделала вид, что не заметила.
— ИРМ, мистер Грифитс, это Индустриальные Рабочие Мира.
Ольга фыркнула и примирительно подняла руку, не дав дяде сказать что-нибудь резкое. Найт продолжает, я очень внимательно слушаю.
— Это международная рабочая организация, сейчас количество их членов в нашей стране около ста тысяч.
— Кто они идеологически, Найт?
Гилберт хмыкнул, пристально глядя на меня и держа чашку между ладоней.
— Там две фракции, одна за отстаивание прав рабочих легально, путем переговоров, через профсоюзы и представительство в органах власти.
Найт сделал паузу, я задал очередной вопрос.
— А другая?
— За борьбу нелегальными средствами, среди них есть даже анархисты. Кроме того, после образования Коммунистической партии США в девятнадцатом году есть признаки ее проникновения в ИРМ. Радикализация, усиление силового крыла.
— Нелегальные средства…
Сэмюэл Грифитс задумчиво протянул это, глядя на доску.
— Найт, зачем вы выписали названия других предприятий Ликурга?
Ответ сразу прояснил многое и расставил по местам.
— На всех этих заводах имеются активные ячейки ИРМ, но они — бездействуют, мистер Грифитс.
Гилберт поднял палец.
— Значит, удар наносится только по нам? И это при том, что у тех же Финчли рабочие мрут от отравлений солями свинца. У Тэйлоров на сборке часов работниц косит рак оттого, что они языком заостряют кисточки с фосфорной краской. Ну и где борьба за права? Сейчас как раз очень удобный момент для ИРМ попытаться поднять общий мятеж, — Гилберт посмотрел на меня, — если, конечно, их цель — борьба за права рабочих.
Найт слегка улыбнулся уголком рта. И накрест зачеркнул все названия, кроме ''Грифитс и Ко''. Оставив нас в одиночестве на черном пространстве доски.
