— Он что-то совсем не выходит, — напомнила Элизабет. — Как я понимаю, сидит один и пьет без просыпу.
Это было новостью для Томаса, хоть он и жил с ним рядом; но ничего удивительного, в таком месте дойдешь и до чего-нибудь похуже.
— Я знаю еще одного партнера. — Он хихикнул. — Тоже хорошо играет. Даже брал платные уроки, правда, они ему не пригодились.
— Кто?
— Джалал.
— Что за дикая мысль! Да вы просто смеетесь?
Увы, она была права, да к тому же он еще сердился на себя за то, что вздумал так шутить.
— Мерзкий карлик! — сказала Элизабет. — Вечно набивается на приглашения. Могли бы иметь больше гордости и не мозолить глаза там, где их не терпят.
— Нам бы такую гордость, — подумал Томас, — мы бы давно убрались из этой страны.
— Конечно, можно играть втроем с болваном, — предложил он.
— Давайте, — согласилась Элизабет нарочно, чтобы наказать молодого летчика.
Она, видно, не причисляла Томаса к серьезным поклонникам Марго, и это облегчало его замысел — нечто вроде плана увести лучшую девицу из-под носа бдительной хозяйки публичного дома, к тому же не уплатив по счету.
— Втроем неинтересно, — запротестовала Марго, Но Элизабет в отместку за то, что девушка поддерживала молодого человека, нарушившего неписаные правила поведения в ее доме, сказала:
— Неужели нельзя проявить хоть чуточку внимания ко мне, Марго?
— Ну конечно. Вы подождете немного?
— Да, но… — Мартин взглянул на часы.
— Безусловно, — ответила за него Элизабет.
Она позвала слугу и приказала расставить стол.
Томас быстро посмотрел свои карты, назвал первый попавшийся козырь, чтобы играть на этой сдаче, и притворно огорчился, когда открыл карты болвана,
— На этот раз помощи ждать нечего,
Элизабет повернулась к молодому человеку, который бродил по комнате.
— Не сидите сложа руки, Мартин, приготовьте нам чего-нибудь выпить.
Марго, видно, дулась на Элизабет за то, что та настояла на соблюдении своих правил, и играла без особого интереса.
— Все здесь всегда… как бы это сказать? Эта игра, например… Играть в бридж, когда не хватает партнеров.
Нельзя допустить, чтобы девушка считала его сторонником тирании, решил Томас.
— Я понимаю, что вы имеете в виду, — сочувственно сказал он, — все кое-как и по-любительски.
— Разве я об этом?
— Все равно что спектакль по дешевке, экономят на декорациях, костюмах и считают, что наспех сколоченная труппа всё возместит; главное — погрубее переигрывать!
— Я знаю только одно, — жалобно подхватила Элизабет, — что вы слишком заторговались.
— Да, — подтвердил он с виноватой улыбкой. — Моя сильная масть подвела.
Им подали напитки, и Элизабет сдала карты,
— Надо было внимательнее следить, — сказала она с упреком.
— В следующий раз буду стараться,
— А что это вы имели в виду, говоря о спектакле по дешевке? — вдруг спросила Элизабет,
Но он не хотел продолжать дискуссию. Не желал, чтобы ему опять показывали след пули на ставнях.
— В большинстве случаев я и сам не знаю, что хо чу сказать, — уверял он.
— Иногда так и не поймешь, на чьей вы стороне.
— А ни на чьей, кроме своей собственной, — сказала Марго. — Потому-то он и не дает никому играть.
Мартин подошел к столу, наклонился и стал следить за игрой. Томас подозревал, что он просто хотел запустить глаза за вырез Марго. Его возмутила такая непристойная похотливость; раз так, его интриги — законная попытка спасти девушку от подобных типов; но, увы, пришлось ту же признаться себе, что его собственные побуждения не лучше.
Когда Мартин обошел вокруг стола и стал смотреть через его плечо, Томас сказал:
— Не стойте за моим стулом, пожалуйста. Это приносит неудачу.
— Простите. Но ведь вы играете не на деньги…
— А разве честь игрока так ничего и не стоит? Мартин побрел обратно к дивану и развернул английскую газету недельной давности.
Элизабет подняла глаза от карт.
— Когда завтра приезжает Френсис?
— Френсис? — Томас не сразу вспомнил ее манеру называть всех по имени. — Ах, вы о моем шефе? Не знаю. Думаю, рано.
— Надо что-нибудь устроить в его честь. А жену он привезет?
— Вряд ли, если только ему не удастся от нее отделаться. Департамент очень хитер. Они назначают чиновников, у которых несносные жены; тогда есть уверенность, что мужья будут чаще колесить по району.
— А ведь я в вас ошиблась, — сказала Марго. — Я всегда считала, что вы… как бы это сказать.
— Чопорный?
— Более серьезный, что ли.
— Что ж, я со всей серьезностью стараюсь производить такое впечатление.
— Сказать по правде, я сначала вас побаивалась.
— Мы играем или нет? — спросила Элизабет. Мартин с надеждой привстал.
— Конечно, играем, — быстро ответил Томас. — По-моему мне сдавать.
Мартин снова опустился на диван.
