В конце концов выбрали Джордана Хендерсона, и, увидев рекламу по телевизору, я почувствовал огромное облегчение. Участие в такой рекламе не для меня. Ко мне поступает уйма предложений о рекламе различной продукции с голым торсом, но я всегда говорю «нет». Может, поэтому-то я, в отличие от большинства ведущих игроков, никогда не требую у «Ливерпуля» пункта о правах на изображения. Струан пару раз уточнял:
– Нужен ли в контракте пункт о правах на изображения?
И я всегда отвечал:
– Нет.
Я слышал, что другие игроки в раздевалке обсуждают права на изображения и во сколько им это обойдется. Я же лично считаю, что это отвратительно, когда футболист требует у клуба права на изображения. По-моему, когда ты подписываешь контракт с клубом, ты передаешь им и права на свои изображения. Как бы то ни было, тебе хорошо платят, а ты на них работаешь. Возможно, в случае с Месси или Роналду все иначе.
Однако реклама Nivea стала одним из запросов клуба, от которого я смог отказаться. За все эти годы я уже выполнил столько коммерческих обязательств для «Ливерпуля», потому что это входило в обязанности капитана. Я достиг такого этапа в своей жизни, что был не готов и дальше делать это. Во всяком случае, теперь я слишком стар для этого, но я могу предоставить целый список того, от чего отказался за эти годы и что принесло бы большую финансовую выгоду. Моя карьера связана с футболом: меня не интересуют ни огромные деньги, ни статус знаменитости.
Конечно же, у меня есть трое детей, о которых нужно заботиться, но я стал финансово обеспеченным, еще когда мне было едва за двадцать. Я понимаю, как мне повезло, что за последний десяток лет мне не пришлось принимать никаких решений, связанных с футболом, из финансовых соображений.
Так что, когда выяснилось, что, если я решу играть в Высшей футбольной лиги в Америке за «Лос-Анжелос Гэлакси», то получу меньше денег, чем заработал бы, оставшись в Ливерпуле, это не вызвало у меня затруднений. Поэтому-то я в то же время отказался от предложения в размере 13,5 миллионов евро чистыми, чтобы два года играть в Катаре. Это, конечно же, было гораздо больше, чем я когда-либо зарабатывал, но Катар – неподходящее место для меня и моей семьи.
Америка привлекала нас намного больше. Благодаря участию в Высшей футбольной лиге я мог еще несколько лет играть на достаточно хорошем уровне и проводить довольно много времени с Алекс и девочками, в отличие от беспрерывного напряжения в Ливерпуле.
С профессиональной точки зрения я не мог смириться с тем, что стану «игроком скамейки». Я, помню, смотрел, как Фрэнк Лэмпард, выдающийся футболист, почти мой ровесник, неделю за неделей просиживал на скамейке в «Манчестер Сити» после того, как ушел из «Челси». Не думаю, что мог бы повторить его путь. Я всегда хотел играть.
29 ноября 2014 года я почувствовал это еще острее. Это была шестнадцатая годовщина моего дебюта в основном составе «Ливерпуля», когда Брендан в домашнем матче против «Стока» усадил меня на скамейку запасных. У нас был промежуток между финальными играми группового этапа Лиги чемпионов, и я видел смысл в том, чтобы отдохнуть, но мне это не очень нравилось.
Многие видят лишь богатство и блеск футбольной жизни. Они, должно быть, не понимают, что играть за клуб вроде «Ливерпуля» непросто. Это – настоящее испытание на поле, а вне поля еще сложнее. В моем родном городе фанатов «Ливерпуля» и «Эвертона» можно встретить повсюду и вести нормальную жизнь просто невозможно. Я могу быть самим собой, таким, какого себя я действительно люблю, только когда я не на грани и не должен все время быть настороже. Такое бывает, только когда я дома или в Мелвуде. И у большинства футболистов ведущего уровня все так же. Порой люди забывают, что если ты и заслужил славу и деньги, ты все равно обычный человек, который любит делать все то же самое, что и все остальные. Мы ничем не отличаемся от других. Поэтому-то я всегда и считал, что очень важно не отрываться от земли. Я хочу, чтобы меня уважали как человека и как игрока, а не как того, кому просто повезло заработать миллионы. Для меня очень важно быть как можно более нормальным.
Но зачастую даже такие простые вещи, как отвезти девочек в местный бассейн или забрать их после занятий танцами или гимнастикой, бывают невозможны. Я не могу быть просто папой, потому что, куда бы я ни пошел, меня окружают футбольные фанаты, которые либо радостно приветствуют меня, либо оскорбляют. Это утомляет, даже когда все идет хорошо и тебя просто хотят похлопать по спине или пожать руку, но, конечно же, мне не хочется терпеть оскорбления, когда я с девочками.
