– Дети! – крикнула госпожа фон Шпуркле громогласным голосом, который они уже слышали раньше. Из сумрака за ней появились, покачиваясь из стороны в сторону при ходьбе, около дюжины Медлительных детей. Они выстроились в линию по обе стороны от госпожи фон Шпуркле. На это у них ушло некоторое время.
– Привет, ребята, – сказал Джек. – Что такое? Извиняюсь за то, что случилось на лестнице. Без обид, а?
– Нельзя обгонять кого-либо на лестнице, – сказала госпожа фон Шпуркле. – Таково правило. Как оно звучит?
– Не обгоняй никого на лестнице, – провозгласили Медлительные дети.
– Здесь все подчиняются правилам, – объяснила госпожа фон Шпуркле.
– Подчиняются, – вторили Медлительные дети.
– Ну мы же сказали, что сожалеем, – ответила Келли.
– Вы нарушили правила, – отчеканила госпожа фон Шпуркле. – И должны быть наказаны.
– Наказаны, – откликнулись дети.
– И что вы собираетесь делать? – спросила Келли.
Медлительные дети начали ритмично и слаженно клацать своими небольшими зубами.
Поднялся приличный шум.
КЛАЦ.
Шум ото всех этих коротких зубов, сталкивающихся друг с другом.
КЛАЦ.
Дети медленно открывали рты, да так широко, как только могли…
КЛАЦ.
Звучало устрашающе.
КЛАЦ.
– Вы должны быть наказаны. Правила есть правила. А вы их нарушили.
КЛАЦ.
– Мы вас съедим.
КЛАЦ.
– Что, прошу прощения? – спросил Джек.
КЛАЦ.
Медлительные дети стали приближаться к Джеку и Келли, раскачиваясь из стороны в сторону при ходьбе.
КЛАЦ.
В это время госпожа фон Шпуркле хлопнула руками, и лестница за ее спиной стала уходить в воздух, становясь недостижимой.
КЛАЦ.
Инстинктивно Джек и Келли прижались друг к другу, отступая от Медлительных детей, неспешно приближавшихся к ним. Позади были только голые стены.
КЛАЦ.
Единственный путь к спасению лежал впереди – мимо Медлительных детей и госпожи фон Шпуркле.
Но Медлительные дети перегородили им путь, а после происшествия на лестнице Джек прекрасно знал, насколько они сильны.
КЛАЦ.
– Вы выбрали короткий путь, – сказала госпожа фон Шпуркле. – Вы были не готовы пройти Комнаты полностью. И теперь вы – мои.
КЛАЦ.
Келли наклонилась к уху Джека и прошептала: «Мы облегчаем им задачу, стоя так близко друг к другу. Давай разделимся и по моему сигналу попробуем пробежать посередине. Хорошо?»
Джек побледнел как полотно, но все же кивнул. Они с Келли отошли друг от друга, а дети продолжали медленно приближаться.
КЛАЦ.
Медлительные дети разделились на две части. Одна половина, покачиваясь, двигалась к Джеку, другая повернулась к Келли.
Госпожа фон Шпуркле, стоявшая посередине, присоединилась к детям, движущимся на Келли.
Посередине образовался проход. У Джека перехватило дыхание, когда его спина коснулась стены. «
КЛАЦ.
– Сейчас! – крикнули Келли и Джек одновременно и бросились к проходу, образовавшемуся между двумя линиями детей.
– НЕТ!!! – в ярости завопила госпожа фон Шпуркле. – ОСТАНОВИТЕ ИХ!
Джеку удалось проскользнуть между протянутыми руками детей и госпожи фон Шпуркле, но Келли, бежавшей прямо за ним, не повезло.
Госпожа фон Шпуркле своей мясистой рукой ухватила Келли за руку и с огромной силой дернула ее назад. Ноги Келли оторвались от земли, и она, пронзительно закричав от неожиданности, взлетела в воздух и бесформенной грудой упала на землю.
Остальные дети снова образовали прочную сплошную линию, отделив Джека от Келли.
– Беги! – закричала Келли. – Просто беги! Позови на помощь!
Джек словно прирос к земле. Его путь был свободен.
Но он не мог бросить Келли. Не мог оставить ее здесь одну.
– Беги, или они схватят нас обоих! – умоляла его Келли. – Пожалуйста!
Джек посмотрел на свой путь к отступлению, потом снова на Келли. Он не хотел, чтобы его съели эти существа. И во всем была виновата только Келли. Именно она настояла на коротком пути. Она нарушила правила.
Он принял решение.
– Я ухожу, Келли! – закричал он. – Прости. Мне очень жаль, правда. Но нет смысла умирать нам обоим.
С этими словами Джек повернулся и побежал прочь.
Келли села на пол и уставилась на госпожу фон Шпуркле.
– Ты знаешь, что можешь уйти в любой момент, – тихо произнесла госпожа фон Шпуркле. – Если захочешь, можешь освободиться прямо сейчас. Просто скажи мне, что тебе всегда было на нее наплевать. Вот твой короткий путь. И ты это знаешь, не так ли?
– Что? На кого?
– Ты знаешь, на кого. На твою бабушку.
– Я тебя не боюсь, – с вызовом сказала Келли, и ее глаза наполнились слезами. – Я не боюсь.
