– Если Петя не послал тебя подальше, а послал ко мне, значит, он дает добро, – торжественно произнес Александр Федорович Крылатов, после того как я ему почти все рассказал.
Так у меня появилась солидная доля в студийном бизнесе. А вскоре Саша Крылатов мне поведал, что можно реставрировать классические произведения фирмы «Мелодия», исполненные разными симфоническими оркестрами нашей страны, и продавать их в хорошем качестве за рубеж, получая в разы больше денег, чем со студии.
Мы доукомплектовали студию соответствующим оборудованием и влились в рекорд-бизнес. Который оказался таким финансово емким, что я даже представить не мог! Я договорился с Забалтаем, и он мне выделил помещение под офис «Рекорд Лейбла» под крышей ГЦКЗ «Россия»! А когда крепко соображающий Крылатов рассказал мне, уже по-дружески, что можно еще доукомплектовать студию и озвучивать синхронным переводом телевизионные сериалы типа «Рабыни Изауры» и влиться в телевизионный бизнес, я тут же согласился, услышав о просто фантастических суммах в иностранной валюте! Тем временем промокампания команды «НЭО Профи-Групп», развернутая на телевизионных каналах, дала свои плоды. Нас стали приглашать во все города страны с концертами. Потом принялись просто разрывать на части и забивать даты выступлений на год вперед. Жила стал резко повышать наш гонорар за концерт, чтобы сбавить наплыв желающих нас заполучить, но это не помогло – желающих заработать на нас становилось все больше и график наш был расписан уже на два года вперед. Тогда Женька Жила предложил мне создать при зале свое концертное агентство, чтобы не кормить дармоедов-посредников. Я пошел к Петру Михайловичу, обсудил с ним эту идею – и концертное агентство вскоре успешно заработало. Дел было невпроворот, и движуха была нешуточная, как во времена, когда я только познакомился с Курмояровым, даже сильнее.
В июне у нашей команды «НЭО Профи-Групп» был плановый отпуск, и я укатил с Василиной на заслуженный отдых в Грецию. В небольшой, на шесть номеров отельчик с бассейном, на самом берегу моря, близ городка Катерини под Салониками. В аэропорту нас самолично встретил хозяин гостиницы Костас с огромным букетом для Василины. Усадил в свой «мерседес» и привез в отель, в номерах которого не было постояльцев.
– Как же красиво тут, Сережа! И море бирюзовое – совсем другое, чем наше Черное! И небо другое, Сережа! Я теперь поняла, почему акварели европейцев-южан совсем другие. В них больше света, они залиты светом! Небесным, волшебным светом, пронизанным лучами солнца! Они просто светятся изнутри – нужно больше белой краски! Совершенно белой, Сережа, без оттенков! Как же тут великолепно! Тихо! И никого нет. Ни одной живой души. Только Средиземноморье! Колыбель изобразительных искусств. Колыбель музыки и танца. Колыбель архитектуры. Колыбель цивилизации, колыбель человечества! – проговорила, восторженно глядя вдаль, Василина. Потом посмотрела на меня с искринками радости и счастья в глазах и продолжила: – Потрясающе, Сережа! Но только, правда, почему здесь никого нет? Сейчас же сезон, и у нас в Ялте негде шагу ступить, чтобы ни на кого не наступить! А тут такая красота, тишина – и никого! Может, сиеста?
– Нет, Василина, просто я снял этот отельчик целиком для нас двоих. Он находится на небольшом расстоянии от Паралеи – местного прибрежного поселка. И мы будем весь месяц с тобой одни и только одни, любимая! – ответил я и поцеловал Василину, почувствовав биение ее сердца под своей рукой.
И правда, мы почти все время, проведенное в отеле, были одни. Мы практически не видели обслугу. Только равнодушно-приветливый парень-бармен, сын Костаса, вечно читавший книгу за барной стойкой у бассейна – Стелеус, – и симпатичная девушка-официантка, обслуживавшая нас на завтраке, обеде, ужине, на пляже, в номере и абсолютно везде, с очень красивым, романтическим именем Адриана незримо провели с нами все это сказочное время в Греции. Кухня в отеле была бесподобная. Морепродукты, ягненок на вертеле, много зелени, оливок, маслин и фруктов. Ну и, конечно, замечательные греческие вина и свежевыжатые соки.