Первую неделю мы радовались как дети морю, солнцу и пустынному песчаному пляжу. Вторую провели в арендованной машине, объезжая все достопримечательности округи, включая гору Олимп и потрясающие своей красотой и величием монастыри Метеоры, примостившиеся на горных склонах и вершинах. В третью неделю я уселся на балконе соседнего номера и стал писать песни, а Василина принялась за свои акварели. С раннего рассвета и до заката она рисовала, рисовала и рисовала. Раз в неделю нас навещал с подарками хозяин отеля Костас. Мы ужинали при свечах, беседовали обо всем и любовались ночными видами с террасы. Беседа проходила на английском языке, которым хорошо владели Василина и Костас. А я задавал вопросы или отвечал – естественно, на русском. В этот раз Костас привез обязательный, великолепный букет Василине, а мне – древнейший музыкальный инструмент из мифологии, флейту Пана. Инструмент, конечно, был современный, но сделанный умельцем толково и с любовью. Я подул в эту флейту, в соединенные бамбуковые трубочки разной длины, – и она, к моему удивлению, очень красиво зазвучала. Василина это тоже отметила и перевела Костасу, что я от души благодарю его за подарок и попробую записать на этой флейте проигрыш в одной из моих песен. Костас очень обрадовался, сказал, что привезет в следующий раз еще какой-нибудь греческий музыкальный инструмент, и скромно добавил, что в молодости он тоже был музыкантом-любителем – играл в оркестре и пел.
Я с любопытством посмотрел на него и спросил:
– Костас, а что это за здание стоит недалеко от гостиницы, все в цветущих кустарниках и вроде как необитаемое?
Василина, как смогла, перевела мой вопрос. Костас оживился и ответил, что это «Дом торжеств», построенный в те времена, когда он был мэром соседнего городка Катерини. В этом здании в его бытность мэром проводились различные праздники для горожан, свадьбы и другие торжества. Я снова спросил Костаса: а не могли бы мы осмотреть это здание изнутри, в любое время, когда это будет ему удобно? Василина снова перевела мой вопрос. Костас чрезвычайно оживился и ответил, что, конечно, он покажет нам «Дом торжеств» с удовольствием, в любое удобное для нас время!
И на следующий день, после купания и завтрака, в одиннадцать часов мы отправились с Костасом осматривать «Дом торжеств». Я с первого дня обратил внимание на это и вправду торжественное с виду, но заброшенное здание, стоящее невдалеке. От здания к морю была высажена аллея из пальм. Здание было двухэтажным, второй этаж был сплошной верандой, обвитой виноградом. Костас оказался архитектором по образованию и с гордостью рассказывал нам по дороге, что спроектировал это здание сам. Он открыл большой висячий, как у нас, амбарный замок, и мы оказались в просторной прихожей с гардеробом. А потом направились к следующей двери, и хозяин открыл ее.
Я был приятно удивлен увиденным. Перед нами был просторный зал с редкими резными колоннами. Левая сторона спускалась террасками вниз, к центру зала, и была заставлена столиками с перевернутыми на них стульями, а справа находилась довольно высокая сцена, на которой стояли пара старых колонок и микрофонная стойка. Мы осмотрели зал и через противоположную дверь вышли в подсобные помещения. Там находились хорошо оборудованная кухня, мойка и подсобки. Поднялись по широкой лестнице на второй этаж, с которого открылась великолепная панорама с удивительной греческой природой и видом на море. Там же стояли пыльные столы с перевернутыми стульями.
Осмотрели все и вернулись в отель. Костас попрощался с нами, Василина ушла на пленэр, а я призадумался, сидя у себя на балконе.
Когда Костас приехал вечером на ужин, привезя Василине прекрасный букет цветов, а мне – трехструнный инструмент вроде домбры, я уже знал, о чем мы будем говорить с Костасом – бывшим мэром городка Катерини и хозяином нашего замечательного отельчика.
За время пребывания в Греции, особенно во время наших поездок с Василиной, мы много раз заезжали в поселочек у моря под названием Палалеи, который весь был забит туристами из России. Тогда Греция была более популярна у россиян, чем Турция сегодня. Но это не главное. Главное – что я узнал от этнических греков, переселившихся из Советского Союза во время его крушения, что эти переселенцы составляют где-то десять процентов всего населения страны.
На тот период времени население Греции насчитывало двенадцать миллионов человек, то есть один миллион двести тысяч наших людей, знающих русский язык, воспитанных на русской культуре. Поэтому после того, как мы поболтали за ужином, я задал ему конкретный вопрос:
– Костас, а можно купить или арендовать ваш «Дом торжеств» на длительный срок?
Костас будто бы ожидал этого вопроса и сразу серьезно ответил:
– Купить нельзя, Серж, – купить может только грек, постоянно проживающий в стране. А арендовать можно.
– На какой срок можно арендовать и каковы условия аренды? – спросил я Костаса как бы без особого интереса.