Нет смысла вдаваться в подробности разговора отца с сыном, к тому же разговор был непростой и долгий. Вышел Сергей из кабинета отца не раньше, чем через час. Обратился к Зинаиде с просьбой, чтобы она сделала звонок в Москву – Жиле. Она позвонила и попросила его ждать звонка завтра на базе в 20:00.
Потом Сергей отправился в ЦУМ. Там купил себе вьетнамский джинсовый костюм, черную майку-футболку, китайские кеды, кепку-бейсболку, дешевые черные очки и детскую маску Чебурашки с ушами. Приехал на Первомайскую, переоделся, проверил пистолет и запасную обойму к нему, проверил глушитель, нашел на книжной полке «Рассказы» Джека Лондона, положил книжку в пакетик с маской и в 19:00 был у гостиницы «Центральная». Обошел ее, удобно разместился на скамеечке напротив больших витринных окон ресторана при гостинице и принялся читать книгу, изредка посматривая в зал на немногочисленных посетителей.
Сидеть пришлось долго, и Сергей уже начал сомневаться – не свалил ли Тамаз с пехотой в Москву, – но в 21:20 они появились вчетвером и заняли дальний от эстрады столик.
Музыканты играли третье отделение, и прибавившаяся публика вовсю отплясывала. Сергей заложил страницу в книжке, положил последнюю в пакет и направился в гостиницу. Зашел в холл и двинулся в ресторан. Перед входом в ресторан свернул в мужской туалет, занял там центральную кабинку напротив входа, посмотрел в дверную щель и с увлечением продолжил читать Джека Лондона, отвлекаясь лишь на входящих. Никакой нервозности он не испытывал и даже удивлялся этому. В нем после смерти мамы и Василины не осталось эмоций – они превратились в пепел, а последние сомнения в собственном решении улетучились с гибелью Смятого и Грыжи.
В районе одиннадцати часов в туалет грузно вошел Тамаз. Он не стал заходить в кабинку, а направился к писсуару. Сергей нажал на рычаг спуска воды в унитазе, поднялся, взял приготовленный, снятый с предохранителя макаров, отомкнул задвижку и вышел из кабинки. Тамаз справлял нужду, не обращая ни малейшего внимания на движение за спиной. И тут Сергей заговорил:
– Руки в гору, джигит, и не дергайся!
Тамаз заметно вздрогнул и поднял руки.
– Кто из вас убил мою жену? – спросил Сергей.
– Веселый, – хриплым голосом ответил Тамаз. – И мать твою тоже он.
– Где моя дочь? – спокойно спросил Сергей.
– Нэ знаю. Я оставил ее на лестничной площадке перед соседней квартирой, – так же спокойно ответил Тамаз низким голосом.
– Эти трое были вчера с тобой, когда вы жгли нас? – спросил Сергей.
– Да, – ответил Тамаз, и раздался чуть слышный хлопок. Пуля пробила голову Тамаза насквозь и застряла в стене. Тамаз обмяк и повалился набок. Сергей открыл соседнюю кабинку, затащил его туда, вытер туалетной бумагой кровь на полу, проверил карманы, достал из них пистолет, документы, деньги, записную книжку, вышел из кабинки, прикрыв за собой дверь, надел перед зеркалом маску Чебурашки, взятую из пакета в своей кабинке, и вышел из туалета. Перед дверьми в зал ресторана ему встретились две девушки и громко засмеялись, глядя на Сергея. Он улыбнулся им под маской и помахал руками, потом потрогал пистолет в правом внутреннем кармане куртки и вошел в зал.
Музыканты исполняли «Мясоедовскую», народ весело плясал. Сергей присоединился к танцующим и несколько тактов подвигался среди них, вызвав всеобщий смех и восторг. Потом направился к ближайшему столику, поприветствовал посетителей и заработал от них бурные аплодисменты. Не торопясь, подошел к следующему столу, потом к следующему. Реакция была везде одинаковая.
Когда пришла очередь приветствовать спутников Тамаза, закусывавших за своим столом, кто-то из них недружелюбно произнес:
– А ну сквозани отсюда нахер, придурок долбанный!
Сергей театрально поклонился, выхватил пистолет и, сделав три выстрела, резко двинулся на выход.
В зале почти никто не отреагировал на происходящее – так было шумно и все быстро произошло. Сергей беспрепятственно покинул ресторан, вышел из гостиницы, свернул за угол и только тогда, сняв маску, бросился бежать по темным дворам родного города. Пересек Парк культуры и вышел к мосту через реку, разделяющую город. На мосту достал свой пистолет, быстро отвернул глушитель и бросил оружие в воду. За мостом поймал частника и поехал в новый микрорайон на улицу Первомайскую. Вышел из машины, не доезжая до места назначения, и уже пешком добрался до дома 10. Поднялся на третий этаж, вошел в квартиру, закрыл за собой дверь и, не включая свет, уселся за стол. Внешне он выглядел спокойным, но что с ним происходило внутри? Сергей оказался совершенно не готов к такой своей реакции. Ему было жутко наедине с самим собой. Было так же страшно, как накануне в теплотрассе. Было отвратительно находиться внутри себя, невыносимо больно за то, что он натворил. Но черта была переступлена – обратной дороги не было.