Даниэль и Аско прокрались поближе. Им надо было посмотреть, кто пришел в зал, ведь хасиды явно никого не ждали. Аско знаком приказал Клугману оставаться на месте. Ограждение балкона под перилами было сделано из мелкой сетки, изнутри драпированной темно-синей тканью. Даниэль знал, что там, где перила примыкают к передней стене синагоги, между драпировкой и стеной имеется небольшой зазор, через который можно наблюдать за залом. Это было безопаснее, чем высовываться через перила. Они прижались головами к стене и смогли отодвинуть драпировку еще на несколько сантиметров, расширив обзор так, чтобы хорошо видеть зал. От их глаз были скрыты только возвышение в передней части синагоги и шкаф с Торой, находившиеся в нише той же передней стены, к которой прижимались полицейские.
Двое вновь прибывших мужчин в шляпах прошли дальше и остались стоять в передней части синагоги прямо под Аско и Даниэлем. Один из них, широкоплечий, двигался быстро и уверенно. Он был хорошо виден с балкона.
— Еж, — прошептал Даниэль почти беззвучно.
Аско кивнул и приложил палец к губам.
Петая угрожающе приказал хасидам спуститься и сесть в первом ряду. Те не двинулись с места, несмотря на повторный приказ.
Из глубины зала послышался мужской голос, кричавший что-то по-немецки. Внезапно Аско догадался, кому он принадлежит. Констебль понял также, что говорящий знает своих оппонентов, а они понимают немецкий, поскольку владеют идишем.
Доктор Цельхаузен прибыл в Хельсинки и, выследив хасидов, последовал за ними в синагогу.
Аско быстро прокрался в заднюю часть балкона к двери и подал знак Даниэлю и Клугману следовать за ним. Они выбрались на лестницу и бесшумно закрыли за собой дверь.
Тут Аско понял, что поторопился: на другой стороне площадки их поджидал мужчина с пистолетом в руке.
— Руки перед собой, и бросьте мне ваши сумки, — приказал он по-английски.
Сумка была только у Аско. Он быстро просчитал, что нет других вариантов, кроме как подчиниться, и бросил сумку незнакомцу, который стал ее обшаривать свободной рукой. Брови у него полезли на лоб, когда он достал пистолет в кожаной кобуре.
— Я арестовываю вас за вооруженное сопротивление представителю власти, — начал констебль и двинулся навстречу противнику, но тот направил свое оружие на Аско, и тому пришлось отступить и подчиниться. После обыска, в ходе которого нападавший забрал их мобильные телефоны, всем троим пришлось спуститься в молитвенный зал под конвоем.
Доктор Цельхаузен с возвышения наблюдал за тем, как его помощник провел Аско, Даниэля и Клугмана в первый ряд, где уже сидели хасиды. Теперь и у Ежа в руке был пистолет. Даниэль и хасид, с которым они подрались во дворе кафе, встретились взглядами. У хасида был совершенно подавленный вид.
Цельхаузен проследовал по центральному проходу мимо первого ряда и поднялся на возвышение в нише. Мгновение он разглядывал шкаф для Торы, а затем погладил его деревянных львов. Потом зашел за стоявшую перед шкафом кафедру, возвышавшуюся над первым рядом, и осмотрел своих слушателей.
— Вам нечего бояться, если вы будете с нами сотрудничать, — сказал Цельхаузен по-английски.
Он по-хозяйски положил руку на кафедру.
— Для начала я хотел бы нас всех представить друг другу. Я — доктор Юлиан Цельхаузен, а это мои товарищи. Господа передо мной — карлин-столинские хасиды из Нью-Йорка. Двое молодых людей чуть в стороне — полицейские из Хельсинки, а господин в летах, как я полагаю, — член этой общины. Итак, в этом городе — и очевидно, в этом здании — спрятан древний манускрипт, известный под названием Кетер, то есть Корона. Вы знаете это не хуже меня, ведь именно поэтому мы все здесь и собрались. Я разыскиваю этот текст уже на протяжении тридцати лет. Вы, уважаемые господа, поможете мне его найти. Когда я его получу, он пополнит мою коллекцию и ему будут обеспечены наилучшие условия хранения.
Седобородый хасид гневно замотал головой.
— Не помогайте ему! — закричал он. — Он собирается прочесть Кетер, а этого нельзя допустить. Только Машиах может его читать!
Еж сделал несколько шагов в сторону хасида и ударил его пистолетом в висок так сильно, что мужчина свалился со скамейки на пол и остался лежать, не в силах пошевелиться.
— Хватит! Он нам еще может понадобиться, — предостерегающе крикнул Цельхаузен.
Еж поднял мужчину и усадил обратно на скамью. Чтобы удержаться на скамейке, тот вынужден был привалиться к более молодому хасиду. Цельхаузен помрачнел.
— Хорошо, тогда попробуем иначе. Пусть даже я собираюсь прочитать Корону. Вы полагаете, что я оказался здесь по воле случая и что знание о Короне досталось мне случайно? Было ли чистой случайностью и то, что мой отец взял в одном архиве незначительный сам по себе том и хранил его многие десятилетия, и то, что эта книга привела меня к Короне? Нет, это означает, что я…
