– Отключился автопилот. – Командир выровнял «Ми-17» и продолжил полет в режиме ручного управления. – Отказ приборов. Что за чертовщина? Такое впервые на моей памяти. Полет проходит нормально, землю вижу, горизонт держим, а приборы словно с ума сошли. Судя по ним, мы заваливаемся круто влево. Давление упало до предельной отметки, но двигатели работают без перебоев, никуда нас не кренит.
В кабину ворвался бортинженер, за ним облако едкого дыма.
– Командир, дым в грузовой кабине.
– Что горит?
– Непонятно!
– Как это непонятно?
– Очагов возгорания не обнаружено.
– Система пожаротушения?
– Отключена.
Халик выдал хорошую серию русской нецензурной брани, вызвал базу и доложил дежурному офицеру:
– У нас нештатная ситуация! Срочно свяжи меня с командиром.
– Минуту.
В динамике прозвучал голос полковника Азмера:
– Слушаю!
– Это семнадцатый. Отказ автопилота, приборов, задымление в грузовой кабине. Очаг возгорания не определен.
– Возможность посадить машину есть?
Халик взглянул на Савостина.
– Дашерское плато. Там сможем сесть, – сообщил тот.
Майор повторил его слова.
– Дотянете? – спросил командир полка.
– Как ни странно, вертолет полностью управляем. Посадить смогу, – ответил Халик.
– Высота?
– Было две тысячи семьсот метров, сейчас точно сказать не могу.
– Сажайте машину на Дашерское плато. Потом осмотрите вертолет. Высылаю к вам два «Ми-8». Они будут на плато ориентировочно через час.
– Принял!
– Удачи!
– Какая тут, к черту, удача. Совершенно не понимаю, что случилось с машиной.
– Ты, главное, посади ее, там разберемся, если не сгорит.
– Выполняю. – Халик отключил радиостанцию и обратился к штурману: – Сколько до плато?
– Ну, если судить по тому, что скорость не сбрасывали, километров десять.
Командир экипажа убавил обороты, начал снижение и приказал бортинженеру, находящемуся в кабине:
– Передай всем, приготовиться к эвакуации.
– Есть, господин майор!
Вертолет шел на предельно малой скорости.
– А машина слушается, словно ничего не произошло, – проговорил Савостин.
– Это-то и удивляет.
Дыма стало меньше, но аппаратура по-прежнему бесилась.
– Нет, ты только посмотри, – сказал Халик. – По прибору получается, что мы летим винтом вниз.
– Да не смотри ты на него. Впереди плато.
– Вижу!
«Ми-17», за которым тянулся слабый шлейф дыма, завис над серединой ровного участка. Через минуту машина опустилась на каменистый грунт.
– А мы не одни на плато, – сказал Савостин.
– Кто еще?
– Справа двое на лошадях, оба с карабинами.
– Боевики?
– Не похоже. С виду обычные афганцы, охотники.
– И на кого ж они здесь охотятся?
– Черт их знает. Смотрят на нас.
– Да уж, зрелище!
– Всем покинуть вертолет! – приказал майор Халик.
Биджар в суматохе успел снять с лавки устройство, рванулся к двери, открыл ее, выбросил трап. Дублирующий экипаж, а за ним и основной вышли из вертолета. До этого майор Халик заглушил двигатель.
Члены обоих экипажей сгруппировались недалеко от машины, глядели на нее. Никто ничего не понимал.
Корбин подошел к Савостину и спросил:
– Что это было, Сережа?
– А хрен его знает.
– У нас гости!
С трех сторон к летчикам подъехали охотники.
Офицеры расстегнули кобуры.
Один из всадников поднял карабин и выкрикнул на пушту:
– Мы мирные люди! Охотники.
Халик достал пистолет и заявил:
– Всем стоять на месте! Если ты старший, то подъезжай. Карабины держать на виду.
– Да-да, конечно. Не беспокойтесь. Я Мусад, со мной мои соплеменники, мы живем в Дашере. Чем можем помочь вам?
– Подъезжай поближе, не кричи. Остальным стоять на месте!
Мусад отдал команду товарищам, подъехал к группе пилотов, спрыгнул с коня, закинул карабин за спину и спросил:
– У вас что-то случилось?
– Случилось. Подожди! – Майор повернулся к бортинженеру капитану Афрани. – Мохаммад, возьми Биджара, пройдите на борт и постарайтесь наконец-то определить, что произошло.
– Да, командир.
Мохаммад Афрани и Камран Биджар поднялись на борт.
Майор Халик взглянул на афганца и спросил:
– Скажи, Мусад, кто контролирует ваше селение?
– Местная администрация. Да толку от нее никакого. Плохо живем. Многие уехали, кто остался, кормятся скотоводством да охотой. – Он показал на своих товарищей, потихоньку окружавших пилотов. – Здесь половина мужчин селения.
– А карабины у них одной марки, – проговорил Савостин.
– И что?
– Странно, одежда тоже одинаковая и не старая. Тебе не кажется, что эти люди не те, за кого хотят себя выдать?
– Талибы?
– Не исключено. Странная свистопляска с приборами, непонятное задымление грузовой кабины. Так не горит ни масло, ни резина, ни пластик. Неестественный какой-то дым. Появился и рассеялся, как только открылась дверь. Значит, ничего внутри не горело.
Майор внимательно посмотрел на русского капитана.
– Что ты хочешь сказать, Сергей?
– Похоже, мы попали в ловушку… – Он не договорил.
В дверях вертолета показался борттехник.
Внимание командира экипажа переключилось на него:
– Что там, Камран?
– Все в порядке, командир. Так и должно быть. – Он усмехнулся и махнул рукой.
В этот же миг Мусад быстро сбросил со спины карабин и направил ствол на Халика. Остальных пилотов взяли на прицел другие охотники.
