Он несколько секунд колеблется, как будто убеждает себя в чем-то, а потом качает головой в знак несогласия.
— Я не оставлю тебя здесь, — заявляет он твердым голосом. — Пойдем! Заберем карточку у Марека и свалим отсюда.
— А как же охранники внизу? А Женя?
— Пойми, — он обхватывает мое лицо руками. — Я не могу оставить тебя здесь. Это выше моих сил. Если понадобится, я просто убью их всех , — с чувством произносит.
Андрей берет меня за руку и тащит в коридор. Я и сама мечтаю уйти отсюда, мечтаю никогда не разлучаться с ним, но нам нельзя действовать так импульсивно. Это его черта характера, и мне нравится она. Мне нравится он таким, какой есть, но сейчас нам нужно быть более осторожными.
— Подожди, — упираюсь пятками, пытаясь затормозить его. — Мы не можем, — шиплю, когда мы оказываемся в коридоре. — Может, лучше подождем твоих друзей? — предлагаю ему.
— Нет! Я не могу бросить тебя здесь.
— У меня есть еще время. На самом деле, пока меня никто не обидел.
Моя отчаянная идея побега теперь кажется мне просто безумием. Но я была готова рискнуть. Я была одна, совершенно без надежды на то, что кто-то придет и спасет меня, и не рисковала чьей-то жизнью, кроме своей. Сейчас же мне становится страшно. В первую очередь за Андрея. Со мной они ничего не сделают. Я нужна им. А вот с ним? Что будет с ним?
— Постой минутку! — шепчу ему, оглядывая коридор. Страх расползается по венам, когда я слышу, как хлопает дверь в противоположном от гостиной коридоре. Там находится комната Ульяны. Наверное, Марек идет.
Мне нужно что-то срочно предпринять, чтобы Андрея не убили.
Мы переглядываемся, и я уверена, что он легко может читать тревогу и растерянность на моем лице. Он крепче сжимает мою ладонь в молчаливой, но настойчивой просьбе подчиниться ему. Потом поворачивается и продолжает вести меня в сторону гостиной, и тогда… я начинаю паниковать по-настоящему.
Я делаю то, что первым приходит мне в голову. Свободной рукой обхватываю его за шею и с силой притягиваю к себе.
Он смотрит на меня с немым вопросом, а я… я целую его. Смело, даже грубо, отчаянно.
Мне нужно отвлечь его и сделать так, чтобы бандит ни о чем не догадался. Я прижимаюсь к нему и двумя руками держусь за его плечи.
Губы Андрея остаются твердой сомкнутой линией в течение долгого момента удивления. Но потом его тело теряет напряженность.
Его руки зарываются в мои волосы, когда он приоткрывает губы и впускает меня.
Этот поцелуй призван лишь отвлечь его и спасти от опрометчивого решения, но когда он подтягивает меня выше по своему телу, когда я чувствую его твердую эрекцию, упирающуюся в мой живот, и его губы полностью берут контроль в поцелуе, я забываю о своем плане. Забываю о том, где мы находимся, о грозящей нам опасности. И просто наслаждаюсь этим поцелуем. Он совсем непохож на те, которые мы разделили в комнате. Они тоже были голодными, но при этом осторожными, неторопливыми, сладкими.
Мне кажется, Андрей показывает свою мягкую сторону только лишь мне одной.
Но сейчас в этом поцелуе настоящая жажда, дикость.
Он прикусывает мою нижнюю губу, давая нам обоим возможность вдохнуть воздух, вытягивая из меня неконтролируемый гортанный стон удовольствия.
Андрей двигает нас и прислоняет меня спиной к стене, вжимаясь в меня бедрами, издавая ответный сексуальный низкий стон-рычание. Я безошибочно чувствую, как внизу моего живота разливается желание.
Чистое желание.
Неоспоримое.
— Агния, — шепчет он мне в губы и пытается отодвинуться, но я упрямо удерживаю его одной рукой за шею, другой за талию.
— Пожалуйста, — почти в полубреду хнычу я, не желая вновь возвращаться в реальность, оказаться в темном коридоре чужого дома, заполненного бандитами. Пока я в его руках, пока я чувствую его поцелуи — этого нет, есть только мы и все хорошо.
Он прижимается лбом к моему, потянув меня за волосы, не больно, но требовательно, заставляя меня оторваться от него, но сам при этом не двигаясь с места, как если бы это было не в его власти отпустить меня.
Наше дыхание смешивается, пока он, борясь с собой, разглядывает меня из-под отяжелевших полуприкрытых век.
Вдруг раздается гулкий звук шагов, и Андрей быстро отстраняется от меня. Мои ресницы трепещут, пока я стараюсь взять свои эмоции под контроль.
Со взглядом полным отчаяния, мольбы и сожаления он шепчет: — Прости за это!
И уже через мгновение его глаза становятся холодными и злыми, выражение лица и поза такие же, как когда он только зашел в общую гостиную. Пугающий, неприятный незнакомец. Не мой Андрей.
— Как телка? — Марек подходит к нам вплотную и кивает в мою сторону.
— Ничего особенного.
— А мне показалось, я видел страсть в вашем поцелуе.
— Она сосет как полудохлая рыба, — с презрением в голосе отвечает Андрей.
Засмеявшись, они оба уходят в гостиную, железная дверь за ними захлопывается, и мне слышен звук защелкивающегося замка.
Я осталась одна.
Нет. Не одна! Андрей придет за мной. Теперь у меня появилась реальная надежда вырваться отсюда.
