— Когда мы приблизились к дому, я поняла, что в подъезд заходить нельзя. Иначе мне конец. Я остановилась в последний раз и стала возиться с гольфами. Когда он прошел вперед меня, я развернулась и побежала наискосок двора на соседнюю улицу. Я не оглядывалась, но поняла, что он не побежал за мной. Наверное, испугался, что все прохожие обратят внимание на мужчину, бегущего за девочкой. Через пару домов я добежала туда, где жила моя одноклассница. Она так же, как я, должна была прийти в этот момент домой из школы. И я побежала к ее подъезду. Увидев, что позади меня никого нет, в этот подъезд я забежала. Мне повезло, что та девочка была дома. И ее родители тоже. Они проводили меня и проследили, чтобы я закрылась в квартире. Я сидела в своей комнате, спрятавшись в уголочке долго, наверное несколько часов. А потом в дверь внезапно позвонили. Я так испугалась. Думала, он выследил меня.
— Кто это был?
— Это мама пришла с работы и решила проверить, хорошо ли я слушаюсь и не подхожу к двери, когда одна дома. С тех пор меня всегда в школу кто-то провожал. Бабушка специально приезжала, чтобы встретить меня после уроков. А потом папа получил новую работу, и мы переехали в другой район. Туда, где живет Никита.
— Ты большая молодец. Очень храбрая. Я горжусь тобой, — притягиваю ее к себе, внимательно следя за ее реакцией. Агния вздыхает и прижимается щекой к моему сердцу. То, как она льнет ко мне, — самое прекрасное чувство на свете. Усаживаю ее себе на колени и укачиваю, сам не меньше нуждаясь в ее объятиях, чтобы успокоиться.
— Я всегда была очень осторожной. А в этот раз даже не заметила, как ко мне подкрались сзади. Я была так расстроена.
— Чем ты была расстроена? Это из-за того, что ты выбежала из клиники?
— А ты откуда знаешь?
— Я искал тебя повсюду, прочесал почти весь город… наш парк, был у Никиты дома, в кофейне... Этот доктор сказал тебе что-то, что тебя расстроило?
— Эм, — она мнется, — неважно.
Видно, что между ней и докторишкой что-то произошло, но она не хочет об этом говорить. Я не буду лезть с расспросами сейчас, ей и без того тяжело. Но я не оставлю это так. Я обещал, что приду за ним.
— Я скучала по тебе. Хотела позвонить, но мой телефон сел, — продолжает она.
— Ты хотела позвонить мне? — обхватываю ее лицо руками. — Я так рад это слышать.
— Ты не обижаешься, что я убежала тогда?
— Нет! Конечно, нет! Кубинец болтает всякую ерунду. Но он не со зла. Он очень добрый…
— Он настоящий кубинец? С острова Куба?
— Ага. А еще у нас дома живет его попугай Ара. Он вот такой большой, — развожу руки в стороны, но через секунду возвращаю на ее талию, туда, где их законное место. — И он такой крикливый. Когда Перчик подходит к нему поиграть, Фидель кричит по-испански нецензурную брань. Это надо видеть!
Ее новая улыбка освещает меня и все вокруг.
— Я соскучилась по Перчику, — ее ладонь ложится на мою щеку.
— Скоро ты увидишь его. Скоро все это закончится, — покрываю поцелуями ее веки, лоб и опускаюсь к губам.
— Не могу поверить, что ты настоящий, — ее дыхание щекочет мою верхнюю губу.
Нас разделяют сантиметры, и я очень надеюсь, что она будет той, кто преодолеет их.
23
Мне важно, чтобы она сама хотела поцеловать меня. Не потому, что благодарна или чувствует себя обязанной, но потому что хочет этого. Так же сильно, как я.
Она не отстраняется, а ее дыхание учащается. Мой пульс так громко стучит у меня в ушах, что я почти не слышу, как из моего горла вырывается слабое рычание.
Время останавливается для меня, когда ее теплые губы касаются моих. Ее поцелуй нежный и неуверенный. Но мне нравится каждая секунда этого. Она устраивается удобнее на моих коленях, и ее рука опирается на мое бедро, в паре сантиметров от моей увеличивающейся эрекции. От этого мышцы живота сокращаются и подрагивают.
Мне хочется застонать, когда я теряю ее губы. Агнешка немного откидывается назад и внимательно смотрит на меня.
В ее глазах я читаю желание и уверенность, никаких сомнений…
И я даю моей женщине то, что она хочет. Целую ее в ответ. Теперь я веду.
Наше дыхание соединяется, наши губы танцуют в идеальном тандеме. И я могу поклясться, что чувствую, как ее душа касается моей. Этот поцелуй наполнен электричеством и страстью.
Я обвиваю ее шею рукой и притягиваю к себе ближе, диктуя наклон ее головы для лучшего доступа. Ее пальчики впиваются мне в плечи, царапают чувствительную кожу шеи и зарываются в короткие волосы.
Моя бушующая эрекция грозит разорвать джинсы. Ощущение мягких бедер Агнешки прямо на моем члене не помогает мне успокоиться и взять свои желания под контроль. Поэтому я решаю поменять положение.
— Иди сюда, — бормочу ей во влажные от наших поцелуев губы. Я подхватываю ее за талию и опускаю на кровать. Не размыкая своих объятий, ложусь рядом с ней и подтягиваю нас выше к подушкам.
