— То, что я делаю… делал на ринге — чистый спорт. Но в реальной жизни, есть только одна ситуация, когда я без предупреждения могу ударить. Если кто-то поднял руку на женщину. Я не агрессивен, Агнешка.
— Ты непохож на бойца, — смущенно говорит она.
— Я выступал в полусреднем весе. Но это все уже в прошлом. Я хочу заняться чем-то другим, помимо работы в «Беркут-секьюрити». У меня есть одна мечта. Когда мы вернемся домой, планирую заняться ее реализацией. Может быть, ты захочешь помочь мне в этом, — игриво добавляю, изо всех сил стараясь подбодрить ее.
Видя, как она обреченно оглядывает комнату, спешу заверить ее:
— Мы обязательно вернемся домой. И случится это совсем скоро.
22
— А как же Женя?
— Та девушка, что защищала тебя?
— Да. Ее нельзя оставлять здесь. Она не по своей воле находится в доме.
Провожу рукой по лицу. Агнешка не перестает удивлять меня своей добротой и заботой о ближнем.
— Я постараюсь сделать все, что смогу, но мой приоритет — это ты, — не лгу ей и говорю как есть. — Насколько хорошо ты ее знаешь?
— Не очень хорошо. Она рассказала мне, что вынуждена была скрываться за этими стенами от мужа, который ее избивал. И она была готова мне помочь.
— Даже если так, ей нельзя говорить, что мы знакомы.
Агнешка согласно кивает, а я теряю нить разговора, когда ее тонкие женственные пальцы выводят круги на моей ладони, проходятся по пульсу на запястье, поглаживают нежно. Мне кажется, она даже не осознает, что делает это. И не осознает, что этими простыми прикосновениями погружает меня в состояние нирваны.
— Она хорошая девушка, но я могу доверять только тебе, — ее слова звучат так искренне, без доли сомнения. А на моем лице сразу появляется глупая улыбка от уха до уха.
— Что? — смущенно спрашивает Агния.
— Ты не представляешь, как я счастлив слышать, что ты доверяешь мне.
В душе разливается эйфория, когда она улыбается в ответ на мои слова. Знать, что она не боится того, что я Чили, что она доверяет мне и принимает таким, какой я есть, — самый ценный дар.
Не представляю, как я смогу уйти от нее? Чувствую себя таким беспомощным, предателем, просто не мужиком от того, что еще каких-то полчаса-час, которые рядом с ней пролетят незаметно, и мне придется покинуть ее, оставить одну в этом месте.
Заставляю себя оторвать от нее глаза, и тоже оглядываю комнату: решетки на окнах, большая кровать, шкаф…
Мой взгляд скользит по предметам мебели, не заостряя ни на чем конкретном внимания. Ничего особенного или полезного. Я уже хочу повернуться к Агнии и снова сосредоточиться лишь на ней одной, как в мозгу выстреливает мысль.
Опять смотрю на пространство между кроватью и шкафом. На полу в самом уголке лежит скомканный плед и подушка. У меня сердце обрывается, когда я понимаю, что Агнешка сидит там, забившись в этот угол.
Борясь со слезами, я втягиваю воздух и зажмуриваюсь. Она не должна увидеть их. Трясу головой, не желая верить во все это. Я должен быть для нее опорой, а не разваливаться на части.
— Андрей, — встревоженно зовет меня Агнеша.
— Да? — осипшим голосом говорю и, надев улыбку, поворачиваюсь к ней.
— Что со мной не так? Я притягиваю плохих мужчин?
— Нет, что ты!
— Уже третий раз со мной такое случается.
— Третий? — моя спина напрягается. — Когда был третий?
— Когда я была маленькой, в третьем классе, меня преследовал один человек. Сначала он высматривал меня возле школы, даже подходил ко мне и спрашивал, в каком классе я учусь. Не побоялся зайти в здание школы. А потом я увидела, что он идет за мной. До дома было идти буквально пять минут по оживленной дороге. А родители были днем на работе, поэтому я возвращалась домой всегда одна. Меня спасла тогда простая мелочь.
— Что, милая? — глажу ее по рукам.
— Гольфы.
— Гольфы? — непонимающе смотрю на нее.
— Да. На мне были белые гольфы по колено. При ходьбе они постоянно сползали и чесались. Мне приходилось останавливаться и подтягивать их. Так я увидела, что этот человек идет за мной. Он не мог останавливаться так же, как я, каждую минуту. И был вынужден иногда заходить чуть вперед меня. Потом он сбавлял шаг и снова оказывался позади. И вот тогда я поняла, что он идет за мной. Тот самый незнакомец, который крутился возле школы.
— Агния… — мой желудок сжимается, а сердце плачет за все, что ей пришлось пережить.
— Я испугалась и не знала, что делать. Стала идти медленнее и чаще останавливаться. То гольфы подтянуть, то якобы поправить сандалики. Но к прохожим я даже не догадалась обратиться за помощью. Я была очень застенчивой.
— Как же ты убежала от него?
