- А я начну править всем нашим владением. И если Пантократор будет милостив, стану матриархом семьи Вартенслебен. Третьим за всю историю рода.
- Я... рада за тебя, - Елена спряталась за дежурным одобрением, пытаясь сообразить, как следует вести себя дальше.
- Поедем со мной, - предложила Флесса, не дождавшись продолжения.
- В Малэрсид?
- Конечно, - Флесса ни капельки не удивилась глупому вопросу. - Он, конечно, не так велик и знаменит, как Мильвесс. Но это большой город у моря, наш порт один из богатейших на всем западе. Здесь я просто одна из провинциальных дворянок. Там буду повелительницей, госпожой жизни и смерти. А ты…
- Да, я, - улыбнулась через силу Елена. - Кем стану я?
Она знала ответ на этот вопрос и не хотела его произносить. Лекарке было грустно. То было не мрачное беспросветное горе, а скорее печаль осеннего леса. Понимание, что счастье преходяще, и за подъемом всегда следует... не падение, быть может, а просто что-то другое. Не подъем. Не счастье. Изменение.
- Моей спутницей? - звучало и как вопрос, и как предложение, и одновременно с толикой горячего убеждения. - Доверенным лекарем?
Флесса подошла ближе, машинально оглаживая ладонями узкий подол. Платье стесняло ее, было непривычно.
- Будь, кем захочешь, - сказала дворянка. - Кем пожелаешь. Только будь со мной.
- Щедрое предложение, - Елена пыталась маневрировать, играть словами, уходя от ответа. Причем нельзя сказать, чтобы она так уж была против идеи, но слишком все это было неожиданно. И радикально.
Герцогиня снова обняла подругу, крепко, очень крепко, с каким-то непонятным отчаянием.
- Мне будет тяжело, - тихо сказала Флесса. - Я давно участвую в семейном деле, но как представитель великого герцога, как проводник его воли. А теперь стану править уже от своего имени. Это значит, что будет много лести в глаза и потоки яда за спиной. Меня станут обманывать, очернять в глазах отца, интриговать. Возможно, попытаются убить.
Голос дворянки становился все тише и одновременно лихорадочнее. Похоже, Флесса абсолютно искренна. И было видно, что железная вице-герцогиня смертельно боится. Но все же готова принять вызов, начать восхождение к новой вершине.
- Мне нужен кто-нибудь рядом. Тот, кто не станет лебезить. Не будет просить за себя, алчных родственников и любовников. Тот, кто напомнит, что жизнь это не только интриги да убийства.
Флесса разомкнула объятия, словно устыдилась внезапного порыва, отошла на пару шагов.
«И возможно выпьет за тебя кубок с ядом» [1] - подумала Елена, но вслух говорить не стала. Это было грустно и немного забавно - герцогиня даже не подумала, в какие опасности вовлечет спутницу, привезя ее в чужой город, введя в клубок давних связей и конфликтов как приближенную особу, посвященную в тайны тайн, секреты всех секретов. Для герцогини это было совершенно естественно, как воздух или ежечасная возможность услышать тихие шаги убийц.
«А что я потеряю?» - мысль казалась на удивление трезвой.
Баалу. Дом. Уроки Чертежника. Впрочем, карлица будет только рада за постоялицу, о чем говорила прямо. А фехтмейстер... Наверняка в приморском городе тоже есть наставники, учил же кто-то Флессу искусству меча, причем как бы не лучше, чем Фигуэредо Елену.
«И что взамен?»
Достаток. Уверенность. Защита от затаившихся до поры чудовищ. И удивительно красивая синеглазая женщина.
- Я не отвечу тебе сразу, - честно сказала Елена, глядя в глаза Флессы. - Мне надо подумать. И я не играю, не набиваю цену. Я действительно хочу подумать. Это серьезный шаг, важное решение.
- Думай, - согласилась Флесса. - Но ты согласишься.
- Правда?
- Конечно. Ты очень наивная... во многом. Но умная. Ты уже понимаешь, что в Малэрсиде будет лучше, чем здесь. Но хочешь принять решение сама. Я не против. Оттого и говорю заранее, чтобы у тебя хватило времени все обдумать.
- Спасибо, - Елена подумала, что время перевести разговор в другое направление. - Что это? - она указала на загадочный предмет под тряпкой.
- А, это из Малэрсида, - небрежно отмахнулась Флесса. - Отец потребовал обменяться ростовыми портретами, чтобы даже в разлуке члены семьи не забывали друг о друге. Черт возьми, я совсем забыла! Теперь надо искать художника и копиистов. Тратить время и деньги на бесполезную мазню. Отец, брат, две сестры, каждому хорошую копию, да я разорюсь!
- Мы в столице, - заметила Елена едва сдерживая смех. - Здесь хватает художников. И я не сказала бы, что вещь такая бесполезная. Представь, минуют годы, века, никого из живущих не станет, а семья Вартенслебен останется на холсте и в памяти.
- Когда никого не станет, да уж, - пробурчала Флесса. - Твоя жизнерадостность достойна всяческого подражания. А я хочу вина! Так, куда эта старая лошадь сунула бутылку с красным лимоном?..
- Можно посмотреть? - спросила Елена, пока разгневанная Флесса ругалась себе под нос в поисках алкоголя. Герцогиня, которая сама ищет бутылку вместо того, чтобы позвать слуг, выглядела комично и очень мило.
