– Не знаешь, актёру Полученкову, случайно, ничего опять сыграть не надо? – спрашивает он. – Я слышал, у него есть кондиционер.
Мне лень отвечать.
– Ребза! – Вовка снял кигуруми, а это я впервые в жизни вижу. – Пойдём что покажу!
– Мы не можем пошевелиться! – отвечает Санёк. – Обжигаемся от каждого движения!
– Я как раз про это! – обрадовался Вовчик. – Я такое нашёл!!! Дико холодное место.
– Я тут в книжке прочитал[55], что московские высотки когда строили, землю под ними замораживали, чтобы фундамент крепче был, – рассказывает Вова, пока мы едем вниз. – И что есть такая легенда, будто под каждой из них стоят гигантские холодильники. Вот я и подумал: а вдруг нашу тоже так строили? И начал искать.
– У нас соседом Аркаш Горыныч живёт в третьей квартире, – продолжал он, уже когда мы вышли из лифта. – А он же закутанный в сто одёжек ходит…
В подъезде толпились странные личности. Они были очень бледны, даже синеваты, с полным отсутствием плеч. На лицах были очки, у некоторых – даже пенсне.
– Извините, дети, – обратился к нам один, похожий на червяка. – Мы представители…
– …далёких-далёких цивилизаций? – перебил Сашка. Он колупал облезающий нос.
– …интернет-клуба космоконспирологов, – закончил длинный. – Много лет мы вели расследование, проверяли многочисленные версии… и пришли к выводу, – он достал исчёрканный цифрами блокнот, – что первый в мире космонавт, Юрий Гагарин, проживает именно в этом доме, в квартире… – он закопался в страничках, – триста двадцать четыре. Вы его знаете?
Я панаму на глаза сдвинула. У меня на ней огурцы турецкие[56].
– Ничего не знаем, ничего не видели, ничего не слышали, – отчеканил Вова.
– Вот и старушка у подъезда его не знает, – сказала одна странная личность другой.
– И вообще, как вы прошли в подъезд, это частная собственность! – выпалила я из-под огурцов.
Санёк уже приглашающе открывал входную дверь:
– Вы нас извините, уж больно вы подозрительные.
Странные личности забебекали и замемекали. Было похоже на ноутбук, который новую операционку грузит.
– На выход, давайте-давайте, – Вовка, принарядившись в невесть откуда взявшийся кигуруми, подпихивал космоконспирологов в узкие спины. – Дом у нас обычный, делать тут нечего… Никаких теорий заговора.
– Это только у вас в интернетах интересно, а тут скукота, – подхватила я.
Интернетах? Почему я говорю, как тётя Вася КГБ? Лучше б стояла молча, как давеча у аптеки. Давеча?
– Н-да. Очень странные дела[57]. Надо предупредить деду Юру, – сказал Санёк, когда мы оторвались от подозрительных и направились в первый подъезд.
– Сам справится, – Вова махнул рукой. – У него на такие вещи чуйка.
Дверь в третью квартиру была приоткрыта, и оттуда веяло холодом.
– Сечёте? – он надевал кигурумский капюшон.
– Прохлада! – широко улыбнулись мы.
В квартире стоял ноябрь и что-то гудело. Даже маленькие признаки жары – масленый воздух, тополиный пух – тут отсутствовали. Две комнаты, кухня – и везде стойкий запах Аркаш Горыныча.
– Я сначала думал, у него кондиционер такой сильный, – Вовчик перешёл на шёпот, – но потом увидел… смотрите!
Холодильник у Аркаш Горыныча широкий, как дверь в гостиную. Вовка поднажал, подупёрся и распахнул его, поразив нас обилием полок с морожеными продуктами.
– Запасливый. – Я начинала мёрзнуть в мокром купальнике, но пока это было приятно.
– Это ещё не всё! – Вова триумфально дёрнул за какую-то верёвку, и полки холодильника разъехались, как бы приглашая нас войти внутрь.
Впереди был заледенелый коридор. Мои кроксы не выдержали перепада температур и покрылись инеем. Мы шли между полок с едой. Чего тут только не было! И сардельки, как косы замёрзших принцесс, и овощи-фрукты, от мороза кажущиеся пластмассовыми, а на нижних полках – такое количество мороженого, что слюнки потекли и превратились в сосульки.
– Когда я это обнаружил, – сказал Вовка, – стал про бигфутов читать. Ну зачем Аркаш Горынычу столько еды? Конечно, он кормит кого-то огромного и лохматого!
– А в Америке снежного человека обезьяной-скунсом называют. Из-за резкого запаха, – льдинно прозвенел Сашин голос.
– И смотрите, что я обнаружил! – воскликнул Вовка, воодушевившись Сашкиной поддержкой.
Он показывал на стену, но я ничего не видела.
– Ну как же! – Вовка сразу же расстроился. – Отпечаток большой ноги! Вот пальцы, вот пятка, посмотри!
– Э-э-э… – неуверенно сказал Санёк и наклонил голову. Было похоже, как мы с семьёй на снимке УЗИ разглядеть пытались доказательство того, что Сковородка скоро родит щенят. «Ну как вы можете не видеть, вот один, вот лапки, вот второй, а вон мордочка третьего», – усердствовала мама, которая ездила к ветеринару. И тыкала нас носом в серый лист с белыми разводами. Прекратить эту пытку можно было, только сказав: «А, точно, вижу-вижу!» – что мы по очереди и сделали, Аля самая последняя.
– А, точно, вижу-вижу! – я улыбнулась и подпихнула Сашку в бок. – Слушайте, я начинаю жалеть, что не взяла с собой одежду. Или хотя бы полотенце.
– Ничего, скоро согреешься! – успокоил Вова.
– Легко тебе говорить, ты в кигуруми!
