Долгое время казалось, что круглоголовые ничего не предпринимают. Они бродили вокруг водяной мельницы, разглядывая замок, и потом спустя полчаса или около того некоторые из них углубились в поля поместья. Они были одеты как роялисты: кожаные жилеты, некоторые с железными пластинами на груди, высокие сапоги, подвернутые выше колен. На шлемах были заслонки для защиты шеи и решётка спереди для защиты от ударов меча. Единственная разница, как заметила Смолевка, заключалась в том, что на этих мужчинах, врагах, были повязаны красные или оранжевые пояса, означающие их приверженность, в то время как защитники Лазена носили белые или голубые. Капитан Тагвелл, оставленный в тот день вместо полковника Вашингтона, выстроил мушкетеров вдоль рва, рядом с каждым солдатом в мягкую землю воткнули вилкообразную подставку для мушкета, которая могла поддержать тяжелое дуло.
Круглоголовые не интересовались замком, только поголовьем. Они отыскивали коров, отводили их на мельницу, а леди Маргарет хмурилась, видя, что войско врага не приближается на расстояние мушкетного выстрела. После часового наблюдения она приняла решение провести внезапный налет.
— Нам просто надо захватить кого-нибудь. А, хорошо. Они схватили ту вредную пегую корову. Не понимаю, почему мы не зарезали её на зиму.
Час спустя круглоголовые начали отходить, и этому, по представлению Смолевки, предшествовало выходящее из ряда вон происшествие. Одинокий мужчина медленно ехал на лошади в сторону замка, раскинув широко в стороны руки, демонстрируя, что у него ничего нет. Одет он был роскошно. Вместо шлема на голове была бархатная широкая шляпа, из которой развевалось экстравагантное перо. Нагрудник как серебро сверкал поверх пурпурной куртки. Высокие сапоги, несмотря на то, что заляпаны грязью, были невероятно белые, что производило впечатление абсолютной непрактичности. Капитан Тагвелл приказал не стрелять, а леди Маргарет, выглядывая из окна длинной галереи, внезапно улыбнулась.
— Милостивый Боже! Это Гарри! Пойдем, дитя!
Пока они поспешно спускались по лестнице в сад, леди Маргарет объясняла кто такой Гарри.
— Лорд Ателдин, милая. Очаровательный мужчина. Я всегда считала его превосходной партией для Анны, но ей пришлось выйти замуж за этого скучного Флитского, — она остановилась на краю рва. — Гарри!
Лорд Ателдин смахнул шляпу с головы.
— Дорогая леди Маргарет!
— Как дела, Гарри?
— Дел много. Приношу извинения за все это.
— Не глупи, Гарри. Мы просто заберем их у вас. Полагаю, это мой зять приказал?
Ателдин улыбнулся. Это был красивый мужчина, по мнению Смолевки, немного за тридцать, со светлыми волосами, длинными и волнистыми.
— Да, леди Маргарет. Боюсь, он не осмелится показать вам свой фаворитизм.
— Я заметила, что сам он не осмелился прийти. Как девушка, на которой ты женился?
— Она беременна, — Ателдин улыбнулся. — Как здоровье у сэра Джорджа?
— Говорит, здоров. Он в Оксфорде. Можешь передать моему зятю, что он нападает на беззащитных женщин.
Ателдин взглянул на солдат Лазена, улыбнулся, но ничего не сказал леди Маргарет.
Она фыркнула.
— Мне жаль, что ты воюешь против своего короля, Гарри.
— Только против его советчиков, леди Маргарет.
— Ты придираешься, Гарри!
Он снова не ответил на её вызов. Он повернулся к Смолевке.
— Не помню, чтобы мы были представлены.
Ответила леди Маргарет.
— И не были. Она слишком молода, чтобы встречать предателей.
Они обменялись семейными новостями, местными слухами, затем Ателдин низко поклонился из седла и развернул лошадь. Он отсалютовал рукой капитану Тагвеллу в знак благодарности, что тот не открыл огонь и пришпорил коня в сторону деревни.
Инцидент озадачил Смолевку. Она думала, что все враги короля похожи на её отца, сурового пуританина, скучно одетого и коротко остриженного, и ей было трудно представить, что обаятельный, элегантный, изысканный дворянин, такой как лорд Ателдин, может быть в их рядах. Леди Маргарет объяснила.
— Король исключительно глупый мужчина, милая. Два дня в году он вполне очарователен, но все остальное время он чрезвычайно глуп и упрям как осёл выше всякого понимания. Каждый раз, когда ему требуются деньги, он придумывает новое основание. Так не должно быть. Он почти высосал из нас всё и, конечно, выжимает состояние из Гарри. Здесь пошлины, там пошлины, а когда пошлины некуда запихнуть, он требует займы, которые никогда не будут выплачены. Затем он пытался обойтись без Парламента, а англичанам это не нравится. Они любят Парламент. Он обеспечивает мужчин, таких как Гарри, делом. И я совсем не удивлена, что так много хороших мужчин восстало.
Смолевка была изумлена внезапной переменой леди Маргарет в своих предпочтениях.
— Тогда почему вы на стороне короля.
— Я, милая? Никто в нашей семье не был бунтовщиком, и я не хочу быть первой.
Они вернулись в длинную галерею, и леди Маргарет уныло уставилась на книгу в раме, которая помогала ей сшивать страницы. Он не сильно преуспевала в переплетном деле.
