Высшая ведьма полностью

Я падаю на землю, чувствуя рвотный позыв. Желудок почти пустой, поэтому все длится недолго. Я упираюсь руками в землю и сплевываю. Когда все заканчивается, я медленно встаю.

Головокружение уже не такое сильное, и мне удается твердо устоять на ногах, пока оно не прекращается. Сердце бешено колотится.

Жара стоит даже ночью.

Однако сон мне помог. Магия пульсирует под кожей сильнее, чем вчера. Конечно, она все еще очень слабая, много энергии уходит на охлаждение тела, но все же она со мной.

И, возможно, этого хватит.

Занимается рассвет.

Я подбегаю в Анджеле и детям. С ними все хорошо. Я хватаю пустую бутылку из-под воды. Отойдя подальше, чтобы не потревожить их, снова и снова создаю небольшие тучи, пока полностью не наполняю бутылку.

На востоке показывается солнце, окрашивая поле золотистыми полосами. Стоит тишина. Животные спят в своих норках. Почти все птицы улетели на юг. Мир все еще в зимней дреме.

Я возвращаюсь к Анджеле. Она проснулась и смотрит на спящих детей. Они часто дышат, а лица их покрыты потом, но это даже хорошо. Если тело перестанет охлаждаться, пот больше не проступит и перегрев превратится в тепловой удар.

Я протягиваю Анджеле бутылку с водой, и она делает мелкий глоток.

– Мамочка, у меня голова болит, – плачет ее маленькая дочка.

– Я знаю, малышка, знаю, – говорит Анджела, давая девочке попить. – Попей, тебе немного полегчает.

Нужно вытащить их отсюда.

Я смотрю на солнечный барьер вдалеке. На то, как свет движется и переливается по полю. Мне не снять его, он слишком огромен. Я не смогу бороться с ведьмами, которые удерживают его.

– Поговорим?

Анджела кивает и следует за мной подальше от детей, чтобы те нас не услышали. Она покачивается и опирается на скалу.

– У вас у всех перегрев, – говорю я. – Если случится тепловой удар, нужна будет немедленная медицинская помощь.

– Но мы же здесь застряли, – произносит Анджела, глядя то на солнечный барьер, то на меня. Ее голос дрожит.

– Я пойду за помощью.

– Нет, не оставляй нас…

– Мне придется уйти, – говорю я и пристально смотрю ей в глаза, надеясь, что она понимает меня.

– А ты сможешь пройти через барьер? – спрашивает Анджела.

Я оглядываюсь и киваю.

– Потрачу много энергии, но да, смогу. Он не спалит меня, как спалил бы вас.

Я умалчиваю о том, что, скорее всего, получу солнечный удар и чуть погодя упаду в обморок.

Но это единственный путь.

– Я попробую создать градины. Весь день они не продержатся, но все равно помогут вам.

– Спасибо, – тихо и испуганно произносит Анджела.

Я отхожу подальше на другую сторону поля и приступаю.

Магия поднимается внутри меня. Я делаю длинный, глубокий вдох, надеясь, что ледяной поток даст мне достаточно энергии. С выдохом я закрываю глаза. Холодное течение зимы льется из моих пальцев в землю в поисках каждой капли воды.

Когда поток наполняется влагой и тяжелеет так, что я едва могу удерживать его, я тяну. Тяну изо всех сил, используя всю энергию. Пульс учащается, голова кружится, но я все равно тяну.

Холодная магия сталкивается с изнуряющей жарой, но я все равно тяну.

Пот льется градом, дыхание учащается, но я все равно тяну.

Одним быстрым движением я посылаю капли воды в восходящий поток воздуха и замораживаю их. Потяжелев, они падают и набирают еще больше воды. Я снова поднимаю их и замораживаю. Повторяю так много раз. Нужно сделать их крупными, чтобы они не сразу растаяли.

Но как же тяжело. Дыхание перехватывает. Кожа липкая. Голова кружится, а земля, кажется, уходит из-под ног. Я едва держусь на ногах.

Я борюсь с сорокоградусной жарой.

Я пытаюсь вспомнить, что я здесь делаю, почему я тут.

Я продолжаю, но магия ослабевает. Я уже не могу удерживать градины в воздухе. Они начинают падать.

Они все растают, если я не подниму их выше. И никакого толка от них не будет.

– Клара! – зовет меня Анджела издалека. – Он не отвечает! Он потерял сознание!

Я могу. Я должна.

Руки дрожат, лицо напряжено, глаза зажмурены, а зубы стиснуты.

И тут я вспоминаю Сана и водопад. Я в потоке, мчусь к обрыву. Нужно падать.

Я делаю длинный, глубокий вдох. Вдыхаю свой страх. Страх, что у меня не получится. Что Анджела и дети погибнут здесь. Что земля выжжена и нам уже не спасти ее. Страх, что мне никогда не хватит сил.

Затем я все отпускаю. Я отпускаю напряжение, запрокидываю голову назад и позволяю течению сбросить меня с обрыва.

Я в свободном магическом падении. Сила хлещет из пальцев, поднимая градины все выше и выше, словно они ничего не весят. Я призываю сильный град. С неба стремительно сыплются камни.

Я открываю глаза и изумленно смотрю. Все поле усеяно градинами, размером с бутон пиона.

Голова раскалывается. Мне страшно хочется спать.

Я собираю как можно больше градин, спешу к Анджеле и протягиваю их ей.

– Положите ему в рот, – говорю я.

Дрожащими руками Анджела берет градину.

– Ну же, малыш, – шепчет она снова и снова.

Я хватаю еще градин и кладу их вокруг мальчика, у шеи, ног и в подмышки. Он медленно открывает глаза, и я выдыхаю с облегчением.

Но он больше не потеет. Я дотрагиваюсь до его лба и чувствую, как он горит. Анджела и ее дочка скоро тоже будут в таком состоянии.