Всю эту криминальную историю, по крайней мере, официальную её часть, подполковник российской внешней разведки Симоненко Пётр Михайлович узнал через сутки после закрытия уголовного дела гражданина Помогайбиса А.В. или через трое суток с момента его же побега. О том, что Пётр Михайлович служит российской разведке, в городе знало очень мало людей, их можно было бы пересчитать по пальцам одной руки. Для всех остальных он был владельцем и директором крупного агентства недвижимости. Такое прикрытие позволяло ему сколько угодно передвигаться по городу и встречаться с кем угодно. Кроме того, агентство держало свою небольшую, но очень эффективную службу безопасности, возглавлял которую также сотрудник российской разведки. Фамилия его тоже имела украинские корни – Кучмиль Сергей Петрович. Сотрудники его, их было пятеро, не подозревали, что должны получать зарплату в двух конторах, но всё равно работали на совесть, балансируя на грани закона, иногда и нарушая его по мелочам, и получая за свою работу очень даже неплохо.
Агентство, само по себе рентабельное, имело ещё и финансовую поддержку российских налогоплательщиков, поэтому могло себе позволить не экономить на службе безопасности. Особенно учитывая, что из них первично, а что создано для прикрытия первого. Вот эта служба и раздобыла отпечатки пальцев Артёма, впрочем, как и тысячи других, поступающих в базу данных МВД. А когда из Москвы поступил приказ вплотную заняться Артёмом, то очень быстро узнали всё остальное об этом конфликте, быстро нашли Светку, установили за ней наблюдение. Наискосок от Артёмовой дачи, на углу улицы и глухого переулка, стала торговать семечками и сигаретами бабулька. Место было совсем не тороватым, зато отсюда хорошо просматривались и ворота, и часть двора. Вся поступающая информация, точнее её отсутствие на данный момент, стекалась в центр. Центр, как ему и положено, всю наличную информацию переварил и принял решение её недостаток восполнить из двух источников: Светки и Бучковского.
За Бучковским установили грамотную слежку, его телефоны прослушивали, понатыкали, не скупясь, жучков и быстренько собрали компромат, могущий потянуть, теоретически конечно, этому чиновнику годиков на пять свободы или пару десятков тысяч откупных работникам правосудия.
Чтобы не светить местных рыцарей плаща и кинжала, Бучковского колол специально приехавший из России вербовщик. Сработал он его легко и не напрягаясь, ибо тот, уже морально сломленный Артёмом, и тут не оказал ни малейшего сопротивления, выдал все тайны, выеденного яйца не стоившие, письменно обязался и впредь делиться ими с иностранной разведкой и оказывать ей другую всемерную помощь.
Вербовщик же, кроме всего прочего, привлёк к этой операции внимание ЦРУ, потому что его поездка на Украину была замечена. В США решено было проследить за ним и его контактами из профилактических целей, интересуясь для общего развития. К тому же работалось им на Украине не в пример легче, чем в России. В Одессе отметили все его контакты, особенно с работниками конторы Симоненко-Кучмиля, причём неоднократные, и очень быстро вычислили истинное предназначение этого агентства недвижимости.
За Светкой русские тоже вначале установили наблюдение, её пальчики тихонечко сняли и в Москве наконец-то увидели истинные лица обоих любителей «Киевских» тортиков «по-Камчатски». И поняли: кто-таки точно знает, на чём же они летали. Там только не знали пока, как же поделикатней вытащить всё, что их интересует из Светки. Деликатность эта происходила из нежелания раздражить Артёма, неизвестно где скрывающегося. Пока думали да гадали, да переговаривались с Москвой, а Москва со своими резидентурами по всему миру, нацеливая их на поиски беглеца. Да всё это под пристальным взглядом ЦРУ, где переговоры расшифровать смогли только частично, отрывочно, но где вся эта активная подвижность россиян в Южной Пальмире очень их заинтересовала. Они поняли, что русские заваривают здесь крутую кашу и, хотя ещё не поняли до конца, что это за каша и с чем её едят, они решили вырвать её у русских изо рта и самим схлебать. Просто по вековой, англосаксонской привычке.
Светка же, мотылёк беззаботный и легкомысленный, не подозревала, что все её невинные развлечения, равно как и серый быт, находятся под изучающим взглядом двух крупнейших разведок мира. Она не ведала, что записи её телефонной болтовни с подружками доводят до скрежета зубовного аналитиков московских и штатовских, что на столы высоких генералов ежедневно ложатся доклады с подробнейшими списками её многочисленных покупок и схемами перемещений по городу. Она не подозревала также, что её пытались закадрить в эти дни не только простые одесситы и гости города-героя, но и парочка агентов, что фотографии всех этих донжуанов долго ещё будут покрываться плесенью в архивах и компьютерах Лубянки и Лэнгли. Светка просто скучала.
