Сухощавое горбоносое лицо Рудина, еще минуту назад суровое, вдруг потеплело и размякло, как плавленый воск, – он понимал куда больше, чем мог сказать, – жизненный опыт позволял сделать правильные выводы. А такта у него было достаточно, чтобы не спрашивать об изменившемся настроении Максимова.
– Вот что я тебе хочу сказать, – ровным голосом заговорил Рудин. – У нас и так работы много, а с завтрашнего дня ее будет просто невпроворот. Ты вот что сделай, давай поезжай домой, мой водитель тебя отвезет. – И, повысив голос, добавил на возможное возражение: – Только не спорь! Предупреди жену, что в уголовном розыске вводится на неопределенное время казарменное положение, пусть не волнуется. Ну и забери из дома что-нибудь из одежды. Рубашку там, майку, носки.
– Хорошо, товарищ старший майор, – стойко выдержал взгляд Рудина Максимов.
В глубине души Иван был благодарен Касриелю Менделевичу за сочувствие и за тактичность, сквозившую в каждом оброненном слове.
– А раз так, тогда давай закончим эту тему, – положил Рудин правую ладонь на папку, в которой покоился рапорт.
– Разрешите идти за рубашкой и носками? – спросил Максимов, стараясь придать своему голосу бодрости.
– Ступай, – усмехнувшись, ответил Рудин.
Капитан вернулся в свой кабинет. Сел за стол. Как-то разом навалилась тоска, да такая, что хоть вой! Квартира, которую он прежде так любил и где ему было очень тепло с Варленой, стала вдруг разом чужой, как и женщина, которую еще недавно он считал самым близким человеком. Возвращаться не хотелось. Теперь там его никто не ждал. Оставалось тянуть время и курить папиросу за папиросой.
Постучавшись, в комнату вошел сержант Метелкин.
– Что у тебя? – оторвал Максимов угрюмый взгляд от разложенных на столе бумаг.
– Я хотел сказать, когда вы были у старшего майора Рудина, приходила свидетельница Ирина Кумачева.
– Вот как… И что она сказала?
– Посидела немного в коридоре, хотела вас дождаться, а потом ушла. Сказала, что кое-что вспомнила, хотела бы передать вам лично.
– Она была расстроенной?
– Нет, я бы сказал, скорее всего, задумчивой.
– Ладно, иди. Забегу к ней, поинтересуюсь, что там за беда.
В этот день Касриель Менделевич решил переночевать в своем кабинете, устроившись на кожаном диване. Из дома привез только байковое одеяло и подушку. Прихватил пачку грузинского чая, без которого всякий день представлялся тяжелым.
Стрелки приближались к полуночи – самое время выпить кружку крепко заваренного чая. Поставил на плитку чайник. Достал пачку печенья.
В дверь постучали, а затем раздался бодрый знакомый голос:
– Можно?
Дверь приоткрылась, и в комнату вошел майор ГБ Антон Меркушев.
– Кто же тебе запретит? – заулыбался старший майор Рудин. – Проходи. Сейчас вода вскипит, чайку попьем. У тебя какое-то дело ко мне?
– Есть одно дельце.
– Ну конечно, просто так ты не заходишь. Только по делам. А ведь мог бы и просто так!
Знакомство с Меркушевым состоялось более двадцати лет назад в Витебске, где оба начинали службу в уголовном розыске. Через год Меркушева перевели в ВЧК, которую вскоре преобразовали в Государственное политическое управление, а Рудина отправили в Симферополь, где он продолжил службу в уголовном розыске. Не однажды их пути пересекались, но особенно плотно они стали сотрудничать в последние годы, когда обоих пригласили в Москву. Касриель Рудин возглавил Московский уголовный розыск, а Меркушева назначили руководителем контрразведывательного отдела в Главном управлении государственной безопасности НКВД.
– Сейчас, как ты знаешь, в Москве обострилась криминогенная обстановка, мало чем уступающая осени сорок первого… У нас имеются очень серьезные основания полагать, что ею очень грамотно управляют извне – абвер… Убийство конструктора Колокольцева тоже произошло не случайно. Преступники выслеживали его. И мы должны поймать их и наказать!
– Все делаем для этого.
– Вражеские сигнальщики во время бомбардировок города как-то уж слишком дружно повылезали из всех щелей! И ведь сигналят на наиболее важных военных объектах. Большая часть всех этих немецких агентов связана с криминалом и проходила обучение в диверсионно-разведывательных школах абвера. У нас имеется информация, что криминальные сообщества хотят взорвать в Москве ситуацию изнутри. Конечно, у них ничего не получится, мы готовимся ко всем этим вспышкам недовольства. Но ситуация непростая… Некоторые из этих агентов абвера возглавляют криминальные сообщества. Все они дожидаются часа икс, чтобы выступить по всей Москве. Так что мы стараемся действовать на опережение. Если ты заметишь что-нибудь необычное, то дай нам знать.
– Если что-то обнаружу, сразу свяжусь с тобой.
– Кажется, у тебя вода в чайнике вскипела, – заметил Антон Меркушев.
– Сейчас я быстро организую, – поднялся Рудин.
– А я ведь к тебе не с пустыми руками пришел. – Открыв полевую сумку, Меркушев вытащил из нее пачку чаю. – Вот, держи! Индийский чай, знаю, что ты большой ценитель этого напитка.
– Вот это подарок! – восхищенно протянул Рудин. – Откуда у тебя такая роскошь?
