В Варшавскую разведывательно-диверсионную школу штандартенфюрер СС Нойман Максимилиан обычно приезжал с инспекцией. Штабу «Валли»[24], который он представлял, важно было оценить, как проходит обучение агентов в одной из лучших школ абвера. Именно сюда приезжали сотрудники немецких спецслужб для ознакомления с новейшими методами подготовки квалифицированной агентуры из советских военнопленных. Руководство школы осознавало, что их школа является образцом для всех остальных заведений, а потому старалось продемонстрировать лучших агентов, познакомить с оформлением учебного лагеря и полигона, охотно показывало наглядные пособия, по которым проходило обучение агентуры.
В этот раз штандартенфюрер СС Нойман Максимилиан прибыл с иной целью – ему предстояло подобрать агента для выполнения особо важного задания, которое планировалось провести в Москве. Он уже осмотрел шестнадцать папок с личными делами агентов (среди них были и такие, кто имел немалый разведывательный и диверсионный опыт, уже не однажды побывал в глубоком советском тылу), однако они не удовлетворяли по ряду требований. Теперь он перелистывал дело Николая Кобзаря, сидящего напротив, которого ему настоятельно рекомендовал майор Марвиц. Штандартенфюрер вчитывался в содержание характеристик, отзывов от преподавателей, и чем глубже он вникал в детали, тем интереснее представлялся ему Кобзарь.
Свое детство Николай вместе со своей младшей сестрой Варварой провел в Даниловском детприемнике в Москве, организованном на территории бывшего монастыря, где размещались дети арестованных врагов народа, содержавшихся вместе с беспризорниками. Кто были его родители и чем они занимались, сказать теперь было невозможно. Предположительно отец военнослужащий, потому как Кобзарь помнил его в военной форме. По его заверениям, мать всегда была рядом, скорее всего она была домохозяйкой. Пропала вместе с отцом. Вероятно, родители сгинули где-то в сталинских лагерях. Николай Кобзарь представлял собой интересный и богатый материал, с ним можно было работать.
Шесть месяцев назад этот человек, входивший в состав советской диверсионной группы, перешедший фронт в районе Харькова, неожиданно сдался в плен патрулю полевой жандармерии и на сносном немецком языке объяснил, что хотел бы служить Третьему рейху.
Удивительным являлось то, что Кобзарь сдался в пятидесяти километрах от линии соприкосновения, иначе – в глубоком немецком тылу Харьковской области. Сумел невидимым пройти через множество дислоцированных частей, постов, пересечь два широких минных поля и поднял руки буквально у порога штаба армии.
То, что у Николая Кобзаря серьезные намерения служить Третьему рейху, он доказал тем, что сдал свою группу, с которой пересек линию фронта; рассказал о задании, которое они должны выполнить. А оно заключалось в том, чтобы взорвать штаб 6-й армии генерал-фельдмаршала Вальтера фон Рейхенау.
Когда же у него спросили, почему он не сдался раньше, Николай Кобзарь объяснил, что хотел продемонстрировать свои возможности. Что ему удалось в полной мере… В процессе обучения командование школы убедилось, что Кобзарь действительно хорошо подготовленный шпион, не хуже, а может быть, даже и лучше большей части диверсантов подразделения «Бранденбург-800».
И кто знает, что приключилось бы с командующим 6-й армии, если бы не сдача в плен этого русского.
Следовало отдать должное диверсионной группе русских, они были хорошо организованны, и потребовалось усилие двух пехотных полков, чтобы их наконец обнаружить. В плен из них никто не сдавался, а потому их пришлось уничтожить, потеряв при этом немало солдат.
Как и всякий военный контрразведчик, штандартенфюрер СС Нойман Максимилиан не доверял сдавшимся в плен. Можно было ожидать, что появление Кобзаря – это некая хитроумная игра русских для внедрения своего человека в абвер. Но уж как-то больно грубо получается: подставить под удар с десяток высококлассных диверсантов, которые могли бы принести еще немалую пользу, чтобы внедрить одного. Причем безо всякой гарантии, что предстоящий план сработает.
Психологи, работавшие с Кобзарем, не обнаруживали в его поведении какого-то антагонизма по отношению к сталинскому режиму, биография его тоже складывалась успешно, и в будущем со своими недюжинными способностями он сумел бы сделать неплохую карьеру в Красной армии. Однако в силу каких-то причин он выбрал противоположную сторону. Если не смотреть на все эти шероховатости, несколько портившие общую картину, к ним попал человек, обладающий всеми необходимыми качествами для разведчиков в глубоком тылу противника.
После тщательной проверки, которую Кобзарь успешно прошел, его направили в разведывательную школу в Варшаве, считавшуюся лучшей и непосредственно подчинявшуюся штабу «Валли».
