Внизу, на палубе, началась какая-то суета. Несколько групп матросов сбежались к правому борту у передней носовой орудийной башни и начали наперебой что-то друг другу показывать.
– Что там происходит? – рявкнул Аруга в переговорную трубу.
– Человек за бортом! – донесся ответ из динамика.
– Стоп, машина! Шлюпку на воду! – распорядился контр-адмирал и добавил, уже обращаясь к Матвею: – Это удивительно. Обычно любое существо просто растворяется в этом океане боли и страстей. Это хуже любой концентрированной кислоты. Извини, что придется задержаться, но мне интересно, кто там ухитрился уцелеть.
Не прошло и нескольких минут, как в дверь осторожно постучали, и раздался чей-то голос, приглушенный стальной плитой:
– Господин контр-адмирал, спасенный доставлен в лазарет.
– Ну что, навестим? – предложил Аруга, нахлобучивая на голову фуражку. Чувствовалось, что ему не терпелось увидеть того, кто ухитрился сохранить форму своей телесной оболочки в море Хаоса.
Путь оказался неблизким, и Аруга шагал с такой скоростью по узким коридорам и трапам, что Матвей едва успевал за ним. Причина такой спешки стала понятна, как только они вошли в помещение лазарета. На каталке под простыней лежало тело долговязого, худого, но крепко сложенного, совершенно лысого человека лет сорока. И над ним, пытаясь нащупать пульс, склонилась Йоко, сменившая сарафан на белый халат, столь же короткий, как и все ее прочие одежды.
– Нет у него пульса, – тут же сообщила она, глянув на Аругу. – Значит, либо покойник вроде тебя, либо фантом вроде меня.
– Я же просил не возвращаться больше к этой теме, – попытался урезонить ее Косаку, но в этот момент спасенный очнулся и сразу же вцепился длинными сильными пальцами в горло женщине.
Тут же откуда ни возьмись возникли два дюжих санитара, один из них схватил пациента за запястья, а второй обхватил его ноги. Борьба длилась считаные секунды, вскоре спасенный ослабил хватку, и руки его беспомощно упали вдоль тела.
– Как ты? – спросил Аруга, взяв Йоко за плечи и отведя ее в сторону от опасного пациента.
– Спасибо. Так себе, – чуть слышно ответила она. Чувствовалось, что говорить ей трудно. – Только не вздумай выбрасывать его за борт.
Он сам не знает, что творит.
– А вот с этим мы разберемся. Иди к себе.
– Нет! Я тут побуду. Мне уже лучше.
Спорить с ней было явно бесполезно, и Аруга ограничился тем, что помог своей подружке добраться до ближайшего табурета, стоявшего у стенки.
– Фамилия, имя, звание, номер воинской части? – резко обратился он к спасенному.
– Я… – отозвался тот, приподняв голову. – Я – Тейл. Да, меня зовут Тейл. Я не знаю… Кто я? Да, я Тейл. Где мои деньги?
– Вам должны? Сколько?
– Шесть… Нет. Шестнадцать миллионов… Переводных талеров. Где мои деньги?! – Он попытался подняться, но на этот раз санитары были готовы к его выходкам, и одного удара кулаком в грудную клетку хватило, чтобы вернуть его в лежачее положение.
– Вы получите деньги, – тут же пообещал Аруга. – Прямо сейчас. Но сначала вы должны отчитаться о проделанной работе.
– Да. Я должен догнать. Принцесса. Принцессочка. Убежала, тварь… Но я догоню. Доставлю. Она там. Я видел. Да. Деньги? Где?
– Сейчас принесут. – Аруга ладонью дал знак Йоко приблизиться, что-то шепнул ей на ухо, и она неожиданно послушно удалилась. – Так где же принцесса? Она до сих пор жива?
– Да… Не знаю. Жива. Пока. Я доставил. Как договаривались. Все по плану. Где сейчас… Не знаю. Видел. Да. – Пациент явно был не в себе, мучительно что-то вспоминал, но, похоже, память возвращалась к нему обрывками, которые он безуспешно пытался сложить воедино.
Вошла Йоко, за ней – два матроса, груженные объемными чемоданами, которые они положили на свободную лежанку.
Как только нижние чины скрылись за дверью, она распахнула чемоданы, которые оказались доверху набиты пластиковыми купюрами.
– Мое? Да, мое… – Тейл неожиданно бодро сполз с каталки, прихрамывая, дошагал до чемоданов, запустил руки в денежную массу и, казалось, даже довольно заурчал.
Но тут Йоко, продолжавшая стоять рядом, резко захлопнула крышку, чувствительно ударив его по рукам.
– Где принцесса? – резко спросил Аруга, так что Тейл вздрогнул.
– Там. Я видел. На тропе. Я пошел? Да? – Он захлопнул чемоданы, схватил их и двинулся к выходу.
Аруга дал знак санитару, чтобы тот освободил проход.
– И что теперь? – поинтересовался Матвей, когда странный тип покинул помещение.
– Ничего. Пусть уходит. Теперь ему есть на чем плыть дальше.
– На чемоданах?
– Точно. На них.
– Так все-таки, что это за тип? И при чем тут принцесса?
– Это фантом. Видимо, задремала однажды твоя принцесса и вытащила из небытия призрак врага своего. Все это неважно. Главное – мы теперь точно знаем, что она цела, а возможно, и здорова. И это повышает твои шансы в сотни раз. А может, и в тысячи.
– Да нужен я кому… – посетовал Матвей, но тут Йоко решила его приободрить:
– Ты хороший. Ты симпатяга. Мне, например, нравишься. – А перехватив испепеляющий взгляд Аруги, обратилась уже к нему: – А что – я врать должна, что ли?!
