– Но затем я подумала, что этот малыш, возможно, подарок судьбы. Это наш шанс. Для Алекса – шанс обрести что-то свое и жить не только ради семьи, но и ради себя самого. А для меня это шанс, – она потупилась, – стать ближе нему.
– Да вы и так уже максимально сблизились, – усмехнулась Кристина, стараясь сделать выражение лица как можно более беззаботным.
Хотя в эти минуты ей вспомнилась поездка в магазин и выбор платья, взгляд Алекса через щелку в шторе ее примерочной кабины и его нездешний, надломленный вид.
– Нет, на самом деле мы все также далеки друг от друга. У него внутри будто бы находится огромная черная дыра. Я не знаю, откуда она там взялась, но причин этому может быть множество. Он сирота, и хотя отец Германа принял его в свою семью и усыновил, он навсегда так и остался тем мальчиком, чьи родители сгорели на Рождество в собственном доме. Ты просто не знаешь его, как следует. Ты не знаешь, какой он. Он как будто бы не может согреться. Прямо как я в этом доме. И он всегда не здесь. Даже если он близко, то как будто бы находится только на границе. Стоит на пороге и не отваживается зайти.
В этот момент в дверь постучали. Прически и макияж уже были почти готовы. Одна из девушек-стилистов открыла дверь, но увидев там молодого человека в костюме жениха, застрекотала:
– Нельзя-нельзя! Жених не должен видеть невесту до свадьбы.
Однако под его прямым взглядом она в один миг растеряла свою шутливую веселость, замолчала и отошла от двери, давая ему пройти.
– А, Алекс, – улыбнулась Кристина, – заходи! Мы как раз говорили о тебе и о том, что было бы здорово, если бы ты, наконец, «переступил порог».
Вампир сдержанно улыбнулся и кивнул, как делают люди, не понимающие, о чем речь, но старающиеся не подать виду. Затем он окинул взглядом всех собравшихся и негромко, но твердо произнес:
– Я бы попросил…
Кристина поднялась первой. Она на прощанье сжала руку подруги, широко улыбнулась ей и ободрила:
– Ну, до скорого! Увидимся внизу. Ты легко меня узнаешь среди гостей – я буду в красном.
И она вышла, гуськом уводя за собой свиту из визажистов и парикмахеров.
– Разве уже пора? Но я еще не одета, – засуетилась Ника. – И зря ты выпроводил их всех. Мне будет тяжело в одиночку управляться с моим платьем и фатой и еще…
– Я сам тебе помогу, – спокойно ответил Алекс и направился в сторону гардеробной.
Там он без труда нашел нужную вешалку и коробку с туфлями.
– А фата?
Вампир осмотрел кусок полупрозрачной вышитой ткани и венок из роз, приготовленный и лежащий в стороне в специальном транспортировочном боксе.
– Мне понадобятся шпильки.
Ника неловко улыбнулась.
– Это так странно.
– Что именно?
Алекс тем временем уже доставал ее платье из чехла.
– То, что именно ты помогаешь мне закончить с приготовлениями. К тому же жениху, правда, нельзя видеть невесту до церемонии. Примета плохая…
– Глупости. Я не верю в приметы. Это просто очередная ерунда, придуманная смертными, чтобы сделать более интригующими и интересными их коротенькие жизни, – тут он заметил, что Ника смешалась при упоминании краткости человеческого века, и коротко извинился. – Прости. Надевай, а я помогу застегнуть его. Помогать – моя работа в этом доме и в этой семье.
– Да, знаешь, – Ника уцепилась за эти слова, – я ведь как раз хотела поговорить об этом с тобой. До того, как ты пришел, мы с Кристиной это и обсуждали.
Алекс с прямой спиной и заложенными назад руками стоял позади девушки и ждал, когда она наденет свадебный наряд. Он наблюдал за тем, как тонкое кружево натягивается на его невесту, все больше и больше поглощая ее тело, как змея поглощает свою добычу, но его взгляд оставался все таким же безразличным.
– Я попросил бы тебя не обсуждать меня ни с кем из твоих подруг.
– Да, но, – Ника растерялась. Она не оборачивалась, но это было заметно по ее голосу, вдруг зазвучавшему чуть глуше, чем обычно, – она же одна из вас. Я думала, это ничего.
– Не стоит. Кристина и мой брат предназначены друг другу. Они – все равно что одно целое. Узнает она, узнает и Герман.
Ника обернулась к нему, и ее лицо осветила улыбка.
– Хочешь сказать, Герман чего-то не знает о тебе? Но этого не может быть! Вы же братья, у вас так много общего. Вы даже чем-то похожи друг на друга.
Вместо ответа Алекс легко коснулся ее плеча, как бы прося обернуться, чтобы помочь с застежкой ее наряда.
– Есть вещи, которые я не хотел бы открывать никому.
– Вот об этом я и хотела с тобой поговорить. Знаешь, с самого начала наших отношений я все время чувствовала, что ты как будто скрываешь что-то. Потом, когда я узнала, кто ты на самом деле, я думала, что эта невидимая стена между нами исчезнет. Но что-то все равно осталось. Ты как будто раздвоен… Ай!
Алекс неловким движением выдернул пару волосков у нее из затылка.
– Прости.
– Да нет, ничего, – она продолжила свою мысль. – Ты как будто раздвоен. С одним тобой я сплю, разговариваю, и у нас с ним все хорошо, но есть будто бы другой ты, твоя оборотная сторона. Там всегда темно и холодно. Тот другой ты будто бы далек, очень далек от меня. Где он? Что его тревожит?
