– Как говорится, вы платите, вам выбирать. Кто из нас убил его, инспектор?
Лицо сержанта напряглось:
– Это не шутка!
Лоуренс кивнул:
– Простите.
Хэзлитт резко встал:
– Давайте перейдем к сути. Никто не может быть выше подозрений в подобном деле, даже если он сержант полиции или,– его пристальный взгляд, переключился на улыбающегося молодого человека с приглаженными светлыми волосами,– любитель детективов.
– Согласен,– вежливо сказал Олджи. – К счастью, у меня есть алиби.
– Мы его проверим,– холодно парировал инспектор.
Он открыл дверь в соседнее помещение и дал некоторые инструкции своим сотрудникам. Возвратившись, он недовольно прокомментировал:
– Был случай несколько лет назад, когда мы нашли тайный проход в стене отделения полиции. Я хочу убедиться, что здесь такого нет.
– Вы должны избавиться,– весело заметил Лоуренс,– от этого комплекса тайных ходов. Это безнадежно vieux jeu{7}.
Хардиндж резко посмотрел на своего молодого друга. Он понял, что легкомыслие Олджи было только маской... Очевидно, Лоуренс глубоко обеспокоен.
Как будто прочитав мысли сержанта, Олджи пробормотал:
– Не обращайте на меня внимания, джентльмены. – Он усмехнулся. – У меня нет улик.
Инспектор не засмеялся. Он сказал:
– Три человека. Мы по очереди рассмотрим всех вас.
Он начал расхаживать по комнате:
– Сначала Рассел Крэйг. Он прибыл примерно без четверти пять и оставался пятнадцать или двадцать минут.
– Угу.
– В течение всего времени он сидел в комнате для допросов. Это – ваши свидетельства, мистер Лоуренс и сержант. С этим все ясно.
Он добавил в скобках:
– Я послал к нему сотрудника, чтобы допросить дома. Хотя не предполагаю, что мы найдем что-то, чего уже не знаем. – Его тон подразумевал, что старому жулику все равно придется через это пройти.
Лоуренс сонно произнес:
– Таким образом, мы вычеркиваем дядю Расса. – Он зевнул. – Три минус один дает два.
– Затем,– мрачно продолжил Хэзлитт,– имеется сержант Хардиндж.
Лоуренс с любопытством поглядел на обоих полицейских. Он знал: ни один из них не чувствует себя спокойно.
Инспектор сказал:
– Мы подробно рассмотрим перемещения сержанта. Все оправдательные свидетельства – ваши, мистер Лоуренс. Поправьте меня, если ошибусь.
Хардиндж вспыхнул. Позже он доверился Олджи: «Это был самый неприятный момент в моей жизни».
Хэзлитт, подавляя свои чувства и корпоративную гордость, продолжал:
– Сержант сопровождал вас в камеру, где вы разговаривали с заключенным. Когда вы уходили, Тернер был все еще жив. Хардиндж прошел с вами вдоль коридора через комнату для допросов и к подъезду. Затем вы вернулись в отделение. Сержант принес ваше оружие, затем вы оба уселись в комнате для допросов, пока не прибыл Крэйг, прервав ваши разговоры. Он оставался, как я сказал прежде, в течение приблизительно двадцати минут. В течение этого времени сержант выходил дважды: на короткие промежутки, чтобы сделать чай.
ТонХэзлитта выражал неодобрение.
Он продолжил:
– Крэйг ушел, и вы сХардинджем оставались в комнате для допросов до без четверти шесть. К этому моменту, как мы теперь знаем, Тернер был уже мертв. Причем, как минимум уже полчаса.
Инспектор расслабился и улыбнулся.
– Ну, сержант, это обеляет вас. Вы не имели возможности войти в камеру. Вы были один очень краткое время, чтобы приготовить чай в жилом помещении. Поскольку каждое окно имеет решетку (а мы проверили все решетки) и нет никакой двери между жилыми помещениями и коридором с камерами, у вас не было никаких возможностей пройти из этой комнаты – он огляделся – к камере Тернера. Остальную часть времени вы были с мистером Лоуренсом.
Он посмотрел на Олджи, ожидая подтверждения. Лоуренс медленно наклонил свою светлую голову и спокойно сказал:
– Три минус два равно один.
Внезапно Джон Хардиндж вздрогнул. Чуть волнуясь, он сказал:
– Прежде, чем вы пойдете дальше, сэр! У меня идея.
– Рад это слышать,– ответил инспектор со свирепой улыбкой.
Неустрашимый сержант продолжал:
– Возможно, мы подходим к этой проблеме не с того угла. Все наши рассуждения направлены на то, чтобы доказать: никто не мог добраться до старого Саймона спереди...
–Дверь в комнате для допросов,– раздраженно перебил его начальник,– это единственный путь в камеру.
– Да, сэр. Но... – Хардиндж тут же начал развивать другую теорию. – Можно было бы предположить, что кто-то мог скрываться в одной из пустых камер или в кабинете сзади, пока, так сказать, берег не очистился, задушил Тернера, затем подождал, пока мистер Лоуренс не ушел, а я поспешил за ним...
–Но...
Сержант продолжал на одном дыхании:
– И тогда выскользнул из отделения. Но мы знаем, что этого не произошло, так как мисс Уотсон следила за входом и клянется, что никто не выходил. Таким образом, мы можем отбросить эту теорию.
Хэзлитт тяжеловесно поблагодарил его.
–Я же не круглый дурак. Это решение было первым, которое я рассмотрел. Итак, если это все, что вы можете предложить...
– Нет, сэр. – Сержант явно спешил договорить. – Нет никакого черного хода. Однако убийца все еще мог напасть сзади.
– Через кирпичные стены?– саркастически осведомился Хэзлитт.
