Взмах клинка полностью

Мельком оглядев группу путешественников своими разноцветными глазами, он задержал долгий взгляд на седых волосах Кас и на ее бесцветных глазах. Однако он ничего не сказал по поводу внешности отмеченной Тенью, а лишь взял у нее сумку и закрепил ее на спине у пони с помощью истертых ремней и пряжек. Кас едва слышно вздохнула с облегчением, когда он отвернулся от нее. Зато она смогла убедиться в том, что Зев умеет находить проводников, которые не задают лишних вопросов после получения оплаты.

Вот и прекрасно!

Озрик молча загрузил оставшиеся сумки на пони, а затем одновременно дал короткую команду и заказчикам, и пони:

– Вперед!

Путь до начала Беспросветных дебрей занял не более полутора километров, но пешком, да с поклажей, которая не влезла на пони, он показался путешественникам гораздо длиннее. Чем ближе они подходили, тем плотнее становился воздух. Даже то, что находилось вблизи, скрывалось за дымкой, напоминающей завесу, которая обычно плавает в воздухе в жаркий день… с той лишь разницей, что вместо жары стоял пронизывающий холод, который с каждым шагом усиливался.

По мере приближения к дебрям этот неприятный туман окутал каждого из них и не собирался никуда исчезать.

Задрожав, Кас получше закуталась в плащ и натянула на голову капюшон, но это оказалось бесполезным, поскольку странная сила уже впиталась в кожу, мешая идти вперед. Одновременно она почувствовала, как ее собственная магия проснулась и зашевелилась внутри нее. А затем появилось легкое покалывание в спине, распространившееся до кончиков пальцев на руках.

Вдруг у нее в голове всплыла картина того, как она вчера жестоко расправилась со стражниками с помощью магии Грозы, которая вырвалась у нее из-под контроля.

Ей стало интересно, как проявит себя ее магия, когда они окажутся в самой гуще Беспросветных дебрей. Возрастет ли ее активность под воздействием этого странного воздуха?

Станет ли она неуправляемой, когда они углубятся еще дальше в дебри?

«Лучше сосредоточься на шагах!» – одернула она себя и, опустив голову вниз, принялась отсчитывать шаги Нессы, идущей прямо перед ней.

Когда же она нашла в себе мужество поднять глаза, перед ее взором предстала Крепость Брайтвуд с башнями, возвышающимися в колышущемся воздухе, как дюжина сломанных, расплющенных черных мечей, каждый из которых смотрел прямо в небо. По слухам, эти башни были возведены принцем эльфов, Эрроллом Брайтвудом, какое-то время состоявшим на службе у Джона де Соласена, прадедушки нынешнего правителя Кетранской империи.

Согласно легендам, вначале божественная магия снизошла именно на эльфов, задолго до того, как в этих местах появились люди. Но затем они каким-то образом оскорбили высших богов, благословивших их, а потому те отняли у них магические силы. Но при всем при этом некоторые наиболее одаренные эльфы смогли сохранить свою магию в искаженном виде, а также научились обращать ее вспять, направляя против божественных существ, с которыми они раньше общались.

Башни, представшие перед ними, якобы были заколдованы той самой искаженной, направленной против богов, эльфийской магией. Их главной задачей было создавать преграду, став частью грандиозного плана Джона де Соласена по изгнанию божественной магии из Кетры и защите от ее возвращения.

В самом начале было возведено двадцать семь башен, соединенных друг с другом стенами из эльфийских заклинаний для улавливания и отсечения основной части магических потоков, протекающих из южной империи.

Теперь многие башни стали рушиться, а магическая энергия, скопившаяся с южной стороны, изменила местную флору и фауну, а также огромную полоску земли, известную как Беспросветные дебри. По мнению большинства людей, воздух и почва в этих местах были безвозвратно испорчены. Со временем это стало одной из основных тем, на которой останавливались противники божественной магии в своих речах…

Видите, что будет, если позволить огромному количеству магии бесконтрольно оседать в одном месте?

Разве мы хотим, чтобы все города нашей любимой империи превратились в Беспросветные дебри?

Как будто в этом виновата только магия, а не глупые попытки короля сдерживать и контролировать ее.

Двенадцать башен, попавших в их поле зрения, находились в худшем состоянии из всех сохранившихся строений. Внешние стены были с выбоинами и частично осыпались, внутри все обвалилось, и так называемая защита, которую они когда-то предоставляли Кетре, сошла на нет.