– Он готов, – сказал Виктор, поворачивая из стороны в сторону длинными сильными пальцами безвольно болтавшуюся голову жертвы. – Точно, зрачки по семь копеек…
– Не понял… – Марк слизнул капли воды, сорвавшиеся с верхней губы.
– Я его хвать за руку, а он и окочурился… Нежданчик.
Убедившись, что перед ними и в самом деле труп, поплыли назад.
Невозмутимые итальянцы расспросами их не утомили. Диалог состоял из вопросительных взглядов и ответных вдумчивых кивков. Не тратя время, покатили обратно, переодевшись в просторном отсеке машины.
Вечером они уже находились в Нью-Йорке, сидя в ресторане на родном Брайтон-Бич. День был будний, не отмеченный обилием посетителей, и ничто не мешало спокойной дружеской беседе за кружкой пива и вымоченными в чесночном соусе голубыми крабами. Разве – телевизор, светивший на кронштейне в углу барной стойки. Передавали новости.
– Так вот насчет этих кислородных аппаратов, – повествовал Виктор, недовольно косясь на аппарат, где холеная дикторша докладывала о событиях прошедшего дня. – Мне еще наш старшина наказывал: если ночью ошибешься с выбором глубины – копец без комментариев. А я однажды…
– Стоп! – поднял руку Марк, напряженно прислушиваясь.
На экране виднелось знакомое озеро. После на его идиллический фон выплыло фото дородного, седовласого человека в очках. С испытующим, неприязненным взглядом. Затем возбужденно заговорила дикторша.
– Чего такое? – не без интереса произнес мало сведущий в английском Виктор.
– Сегодня на рыбалке, – поведал Марк равнодушно, – скончался от инфаркта бывший директор ЦРУ. Публика выдвигает всякие скользкие версии, но медицина их опровергает.
– Ювелирная работа нуждается в премиальных, – задумчиво рассудил Виктор.
– Мы их получили, пять дней отпуска, – откликнулся Марк. – Дедушка Кнопп и без того расщедрился.
– Во, в какие дела мы впутались, – произнес Виктор. – В какие сферы углубились… Даже не верится. Масштаб!
– На самом деле – ничего удивительного, – откликнулся Марк. – Босяки и миллиардеры, мы все живем в одном мире, Витя. И смысл нашей физической жизни аналогичен. Мы плывем на одном корабле, только в каютах разных классов. И не было бы одних, не было бы и других. И любой король зависит от сантехника.
– Ну уж да! – возразил тот. – Ты знаки равенства не расставляй где ни попадя… Если бы все были такими умными, как Уитни, например, то он бы работал на почте.
– Почему на почте?
– Хрен знает… Так пришло в голову. Кстати, Лильке я сказал, что устроился электриком, – добавил невпопад.
– А рабочий шлем у тебя есть?
– А как же! Каски-то нам выдали, когда мы дурика выкручивали, что антенны, мол, проверяем…
– Тогда на касках надо обозначить две молнии.
– Это уже расшифровка.
– По-моему, Витя, – грустно произнес Марк, – мы попали с тобой на суровый крючок. Как мыслишь?
– Если крючок не колет, его можно считать удобным, – ответил тот. – А сорвемся с него, пойдем на дно. Так что будем извиваться. Я, например, доволен…
– Чем?
– А мы с тобой теперь часть силы, – ответил морпех. – Я вот кожей чувствую, что мы не в кодле какой-нибудь и не в шараге временной… Мы как бы сказать? – в системе, во! Я, например, не смейся только, а будто в секретном отделе Чека себя ощущаю.
– Там все отделы секретные.
– У нас не хуже! В общем, не переживаю. Мы же раньше наносили Америке вред, так? А теперь – при полезных делах. Чего там дальше – неясно, а сейчас мне все в цвет. И так думаю, что если язык за зубами плотно держать и выполнять все, как надо, продержимся мы долго.
– До второго пришествия?
– А оно тебе надо?
– Вот сейчас ты точно попал в цвет! – усмехнулся Марк. – О чем даже не подозреваешь. Второе пришествие попахивает для нас озером огненным.
– Сформулируй…
– Это долго. Почитай Библию, там все есть.
– Все умные книги, – обсасывая ножку краба, изрек морпех, – я прочел в детстве. Это вообще вредно для здоровья.
– И это есть в Библии, – согласился Марк, подняв палец. – Слово в слово. В каком-то смысле ты предвосхищаешь Экклезиаста.
– Ты вот что, умник, – сказал морпех. – С жизнью надо дружить. А чем больше философии… В общем, много расстройства и сплошная скорбь.
– То есть познания умножают скорбь? – самым серьезным тоном вопросил Марк.
– Ну и я о том же. Так вот. Насчет кислородных аппаратов…
Его первой целью был Дик. Но он опоздал. Через два дня после акции, офицер Дик Круз, выйдя с работы, скоропостижно скончался от инсульта за рулем автомобиля, не успев включить зажигание и ткнувшись головой в руль.
Днем позже в Нью-Йорке неизвестные бандиты зарезали проворного Мустафу, с целью, как утверждала полиция, ограбления, ибо с покойного сняли все золотые украшения, а пустой, вывернутый наизнанку бумажник обнаружили рядом с трупом.
Система зачистки работала планомерно и бесстрастно, как отлаженная газонокосилка.
