Взрослые игры полностью

— Ага. Теперь тише, дай мне закончить. «Я удивлена, что мисс Элстон вела себя так, учитывая тот факт, что она защищала вашу работу, чтобы вы получили более высокую оценку. К сожалению для вас, я не согласилась с ее мнением. Работайте усерднее, мистер Райт. У вас есть потенциал. Если у вас есть другие вопросы или проблемы, я буду доступна завтра после лекции. Хороших выходных.»

Я покачала головой.

— Я пыталась ему сказать об этом.

— Я знаю. Он сказал, что твои слова звучали как-то так: «Неа, оценка не изменится, сученок!».

Мои глаза чуть не вылезли из орбит, и я остановилась.

— Он на самом деле это написал?!

— Да. И судя по твоей реакции, я начинаю думать, что он рассчитывал на то, что ты прочитаешь этот е-мейл, — сказала она, подняв бровь.

Я расправила плечи и покачала головой, стараясь не улыбаться. Я спокойно поставила бы деньги на то, что Джейсон Райт точно знал, что делает. И это сработало, потому что моя маленькая неожиданная заинтересованность в нем не испарилась.

Когда мы вошли в салон по продаже автомобилей «J&P Auto Sales», я наконец-то посмотрела в глаза маме, не обращая внимания на излучаемое ими веселье.

— Возможно, так и есть, мама. Возможно, так и есть.

— Ты хоть знаешь фамилию этого мужчины, мама? — поддразнила я, ухмыляясь явному волнению матери, когда она расслабилась на пассажирском сидении моей машины.

— Я уверена что узнаю, когда он позвонит, — ответила она и засмеялась.

— Ладно. Думаю, именно это он и сделает.

Мы только что вышли из «J & P Auto Sales», где с самого начала она пропала (мы приехали, чтобы купить ей машину, а она запала на очень привлекательного «серебряного лиса» (Прим. пер.: серебряный лис — привлекательный мужчина в возрасте), владельца дилерского центра).

В тот момент, когда мы только вошли в дверь, и он обратил на нее внимание. Я заметила, как его глаза загорелись, и он чуть не побежал в нашем направлении, опережая других продавцов, чтобы добраться до нее первым. Он был красивым мужчиной, и точно подпадал под вкусы моей матери. Высокий, с гладкой темной кожей, а «соусом» к его великолепному внешнему виду были черные с проседью волосы.

— Добрый день дамы! — сказал он низким вибрирующим голосом, и я могла поклясться, что моя мать задрожала. Он обращался к нам обеим, но смотрел только на нее.

— Я — «J» в «J & P Auto», Джозеф-старший — представился он и протянул свою руку.

— Здравствуй, Джозеф, — она обрела самоконтроль и расправила плечи, надевая на себя взгляд, который лучше всего описывался словами «чувственно-отчужденный». Мама провела свободной рукой по коротко подстриженным кудрям (Джозеф все еще держал ее другую руку), и пронзила его своими большими карими глазами. — Что означает буква «P»?

Лицо Джозефа немного осунулось, с намеком на искреннюю грусть.

— Присцилла. Моя покойная жена.

Я почти уверена, что мозг моей матери первым зафиксировал слово «жена», потому что примерно полсекунды ее лицо было нахмурено. Затем до нее дошел смысл остальных слов, и выражение ее лица смягчилось, теперь, оно выражало сочувствие.

Уточнение: чувственное сочувствие, если это вообще было возможно.

Она подошла чуть ближе к нему, накрывая их все еще соединенные руки своей свободной рукой.

— Мне жаль. Я не хотела поднимать эту болезненную для вас тему.

— О, не беспокойтесь, — теплая улыбка снова появилась на его лице, — она прожила замечательную полную жизнь. Она была партнером в этом бизнесе, подарила мне трех сыновей и тридцать шесть лет брака. Последние четыре года были для нее тяжелыми, но теперь она в лучшем месте. Она наблюдает за нами, ожидая, что мы будем жить как раньше.

Подождите… это намек на то, что…?

— А как тебя зовут? — спросил он, плавно «наступая».

— Имара Бриант.

— Красивое имя. Очень тебе подходит.

О, мой Бог. Если бы ее кожа была светлее, она бы стала краснее свеклы.

— Что я могу для тебя сделать, Имара?

Имя моей матери слетело с его языка, словно он занимался с ней любовью, и мои глаза широко распахнулись. «Что, прямо здесь, в дилерском центре, бро?» — подумала я, но не собиралась произносить вслух. Кроме того, моя мать уже проглотила наживку, и я должна была признать, что «мистер Шоколад» был приятным. На ее лице была приклеена большая улыбка, и мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что она так и не ответила на его вопрос. Я покачала головой.

— Машина, — сказал я, впервые заговорив, мама и черный «Джордж Клуни» посмотрели на меня, как будто забыли, о моем присутствии. — Она здесь, чтобы купить машину. Помнишь, мама?