Перед его взглядом назло и некстати пронеслись мгновения — жар, складки простыни под спиной, ощущение тела, которое придавливало его к кровати и вакуум, заполненный лишь присутствием человека. Билл начал скучать по нему не проведя в отдалении и получаса.
Это все заходило дальше, чем надо. Ангел распахнул глаза, прогоняя прочь это страшное и болезненное видение, которого не хотел. Ему нужна была трезвость, чтобы решить, как поступать дальше. Свисток блеснул в ладони в лучах солнца, пока он изучал его, держа в своих тонких пальцах. Какое решение было верным?
====== Глава 16. Сделка. ======
Every time I try to fight you
I always end up right beside you
Stuck in my ways
It’s not too late
Tired of waking up without you
Every single day reminds me
It’s not too late
It’s not too late
I am ready to change
(Decyfer Down – Wasting Away)
Том вылетел на улицу всего лишь через каких-то десять минут после Билла, только он этого, разумеется, не знал.
Ему понадобились секунды на раздумья о том, в какую сторону бежать. Время, разделявшее их, сейчас тянулось как резина, так что молодой человек решил двигать в сторону от центра. Он сам не знал, почему подумал так, просто не мог стоять без действия. Штольцештрассе, Геллерштрассе, Улихшртассе — улицы сменяли друг друга, переулки переходили в закоулки, закоулки — в тупички и улочки, но знакомого темноволосого парня нигде не было. Он канул как будто в никуда, словно стерся ластиком со страниц этой истории.
А может, его и вовсе никогда не существовало? Может, те два дня, пронесшиеся безумным хороводом новых чувств, тоже не являлись реальностью? Том сейчас не мог сказать с точностью. Он чувствовал себя очень паршиво, физически и морально, и с каждой секундой ему становилось только хуже, а по мере того, как секунды таяли в весеннем воздухе, отчаяние становилось сильнее. Том чувствовал себя ужасно из-за того, что допустил оплошность и хуже того — сам спровоцировал ее, только из-за своей глупости ему сейчас приходилось вот так носиться по всему городу в поисках утраченного солиста. Ведь Георг не вытаскивал клещами его язык и не тянул за него, заставляя орать не своим голосом всякую ерунду! Вот теперь куда мог деться явно не местный парень в таком большом городе как Магдебург?
Том понятия не имел, что скажет Биллу при встрече, если она произойдет, он собирался сделать что угодно, только бы найти этого дуралея, который обещал не уходить, и так жестоко нарушил свое слово. Впрочем, винить его было не за что, Том понятия не имел, нашел бы лично он силы простить человека, который обсуждал бы его в таком тоне. Ему становилось все хуже, настолько, что впору просто взять ржавый серп и вспороть себе кишки. Только кому бы от этого полегчало? Нет, Том пообещал себе, что сначала он в любом случае найдет Билла, а уж потом подставит ему лоб для побоев, если тот, конечно, станет разговаривать. Том хотел загладить перед ним свою вину, сделать все, чего бы тот ни попросил, и для этого он был готов тащить парня обратно волоком, даже если тот будет сопротивляться как буйвол. Он стал нужен ему, без него физически чувствовалось отсутствие какого-то жизненно важного элемента. За последние полгода у Тома первый раз мелькнула надежда, что все еще может измениться к лучшему. И надо же было вот так ее просрать!
Огромные дома, казалось, окружали и давили на сознание своими каменными серыми стенами. Том не видел никого и ничего, он лихорадочно метался по пустым улицам, с замирающим нутром преодолевая каждый новый поворот. Его сердце делало страшный кульбит, ударяясь в гортань, как только он осматривал безжизненные переходы, пешеходные зоны, а они оказывались пусты. Парня дико тошнило, болело все, но ему было все равно. Паника билась в его крови, заражая мозг приливами страха, расползаясь метастазами в каждой клеточке его тела. Почему было так сложно дышать?
И нигде — ни в кафе, ни на улицах, ни в скверах — нет даже признака знакомой тонкой фигурки. Тому начало казаться, что Билл теперь дальше, чем за миллионы миль. Родной город вдруг показался огромным, как вся планета, и юный гитарист задыхался, думая, что от напряжения у него носом сейчас пойдет кровь. Сколько ведь времени прошло — час, два часа, год? Какая разница. Это было так же бесполезно как искать иглу в стоге сена.
Пробежав еще пару улиц, Том остановился. Силы и уверенность покидали его тело, и парню просто пришлось схватиться за стенку, иначе он упал бы прямо тут, лицом асфальт. Его трясло, кружилась голова, а руки и ноги хватила такая слабость, будто он только что вернулся из космоса. Все, что он мог делать — лишь стоять, держась за каменную кладку, впившись в гранит ногтями и сглатывая неприятный ком обратно в желудок. Он прислонился лбом к шероховатому камню и закрыл глаза. Нагретый солнцем гранит скреб кожу. Том постарался прижаться к нему лбом сильнее, до боли, чтобы отвлечься хотя бы на что-то и прекратить видеть перед собой последнюю прощальную картину — сидевшего на кровати Билла, мило и смущенно улыбавшегося, встрепанного, в одних джинсах...
