Браслет на ее руке зажужжал — нововведение командира, призванное оповещать бойцов, не прибегая к помощи Брэдфорда и громкоговорителей. Сердцебиение сразу же ускорилось, в то время как вибрирующий кусок металла продолжал настойчиво щекотать кожу. Пора.
— Мне нужно идти, — попрощалась она. — Еще раз, спасибо. Будем надеяться, что мне она не понадобится, — указала она на аптечку.
Инженер помрачнел и кивнул. — Удачи.
***
Цитадель, ангар
Она так привыкла к своей броне за последние пару недель, что та стала для нее второй кожей. Периодически Эбби ходила в тир, но большую часть времени она посвятила общению с бойцами и изучению медицинского оборудования.
Она была искренне удивлена тому факту, что технически она была самым квалифицированным медиком среди всего персонала базы в вопросах лечения боевых ранений, хотя большинство из них имело много опыта в таких вопросах, что было ценнее ее богатой теоретической подготовки. Девушка пыталась скрыть свою более высокую компетенцию, но это не помешало некоторым медикам обращаться к ней за советами, хотя на данный момент серьезных ранений, требующих ее вмешательства непосредственно на операционном столе, никто так и не получал.
Оружие пришельцев, судя по всему, использовало технологию некоего концентрированного горящего потока, луча. Одна из ран, полученных бойцом, напоминала след от мощного лазера, однако, после участия во вскрытии Пейдж, ученые выяснили, что винтовки пришельцев не просто прожигали плоть: луч также имел свойства некоей кислоты, разбрызгивающейся в разные стороны при попадании в цель и растворяющей внутренности бойцов.
Рабочей версией сущности этих лучей было использование плазмы. Применение ее в таком ключе казалось невозможным, но другого объяснения просто не существовало. Эбби обратилась к Вален с таким вопросом, и та подтвердила ее догадки, хотя не была стопроцентно уверена.
Что ж, на данный момент она придерживалась этой теории, поэтому снарядилась препаратами для лечения ожогов различного происхождения, в том числе и кислотного, а также несколькими аптечками и сверхпрочными скальпелями. Эбби вновь проверила все свое снаряжение — мысль о том, что она может случайно забыть что-то из медицинского снаряжения пугала ее, поэтому она то и дело ощупывала себя, удостоверяясь, что все на месте.
Наконец приблизившись к двери ангара, девушка надела свой шлем и услышала знакомый щелчок, вслед за чем заработал компьютерный интерфейс. Парни из инженерного сообщили ей, что помимо всего прочего, системы были защищены от ЭМИ воздействия, хотя тут лучше не рисковать.
Двери в ангар с шипением открылись, и она зашла внутрь. По крайней мере, я не самая последняя. Мира Родригез вместе с Питом Чендлером уже стояли возле Рейнджера в полной боевой выкладке. Неподалеку стоял один из новых рекрутов. Как его там звали? Джо что-то? Эбби незримо для всех нахмурилась — она пыталась запомнить все имена, но вышло не очень. Ее раздражение мгновенно сменилось удивлением, когда она увидела четвертого человека в отряде: тот самый снайпер в черной броне без опознавательных знаков.
Так он существует.
Таинственный снайпер был одной из основных тем для обсуждения в казарме в течение нескольких дней после той миссии, возглавляемой Патрицией. Любопытной деталью было то, что после этого его никто не видел, отчего многие засомневались в том, что он и вправду существует. Более того, его имя не значилось в отчете об операции.
Что ж, судя по тому, что она слышала, этот боец — первоклассный стрелок, послушно выполняющий приказы. Также он по какой-то причине всегда молчал. У его ног лежал дополнительный набор брони, что означало… Эвакуацию или ситуацию с заложником? Надеюсь, у Миры есть ответы.
Та увидела новоприбывшую и кивнула. — Эбби, отлично. Почти все уже здесь.
— Очередное похищение? — спросила боевой медик.
— Хороший вопрос, — ответила Мира несколько раздраженным тоном. Она качнула головой в сторону снайпера. — Я уверена, что он что-то знает, но он отказывается что-либо говорить.
— Ты знаешь что-нибудь о нем? — поинтересовалась Эбби. — В смысле, ну… его видели лишь единожды.
Женщина понизила голос, в котором звучала нервозность. — Только то, что он очень опасен. Он неспроста держится обиняком, взгляни на его «национальность», — Эбби посмотрела на то место, где обычно размещали небольшой флаг родной страны бойца и замерла.
— Оу, — только и сказала она.
Окровавленный крест, изображающий распятие, был тем изображением, которое она надеялась никогда больше не увидеть. Девушка думала, что этот символ был уничтожен после поимки, суда и казни Командира и его людей.
Судя по всему, нет.
— Вот-вот, — добавила Мира приглушенным тоном. — С нами работает чертов террорист.
— Прекрасно, — ошеломленно выдавила Эбби. — Что он тут делает?
— Если подумать, вероятней всего он здесь по запросу нашего командира.
Девушка нахмурилась. — Зачем ему понадобился известный террорист?
