Оказалось всё не так страшно. У каждого есть личный ID, как он там в организме прошит — я не вдавался, но всякие вживлённые чипы это уже седая старина, о которой и не вспоминают. ID привязан к генетической и психоэнергетической матрицам и подделать его невозможно. По этому идентификатору заходишь в ну очень продвинутое подобие Госуслуг времён не за долго до моей смерти. Вот из этого личного кабинета я и направил своё заявление Захару Георгиевичу. Тут, правда, возник ещё один момент: управлять всей этой хренью надо строго ментально, силой мысли. А я в этом деле, понятно, не особо силён. Так что дядя Захар от души посмеялся, наблюдая за моими потугами. Но в конечном итоге я справился! А дядя Захар подсказал мне несколько игр для развития навыков обращения с ментальным интерфейсом. Здравствуй старый добрый пасьянс!
Последние пара дней Стрельца прошли на удивление спокойно. Ну разве что я вытащил таки Дашу прошвырнуться по нашей местной новогодней ярмарке. Заодно тихой сапой выпытывал у неё: Что бы такое подарить на новый год Её Величеству.
— Лучше не лезь, всё без тебя сделают, — отмахнулась моя спутница. — Кому надо, всем от твоего имени будут подарки.
— Понимаешь… Надо! — настоял я, не вдаваясь в подробности. И правда: императору я подарок лично вручу, а императрице зажму. Нехорошо выходит, может обидеться!
— Тогда заглянем в антикварный. Тётя Софи любит всё это барахло, а этот хмырь Треондофил постоянно хвастается, что у него есть кое-что аж до Тёмных веков. Вот посмотришь, может и правда узнаешь что-то знакомое.
Лавка этого самого Треондофила (вот имечко-то!) меня сразу не впечатлила. Слишком на видном месте, слишком помпезно, слишком всё вылизано. В таких если что-то ценное и попадается, то только как последняя остановка длинного пути перекупщиков и за безумные деньги. Вот старый Абрам — другое дело! Это правильная лавка! Но однако, пришли — надо хотя бы посмотреть. Смотреть было откровенно не на что. Ломовые цены, прилизанные статуэтки, какие-то тарелочки, чашечки… Стоп!!!
А это что за общепитовская тарелка с голубой каёмочкой и отбитым краем? Уточняю. Цена откровенно бросовая, в смысле, для этой лавки, происхождение неизвестно. Уточняю: Чо? Совсем неизвестно?
Оказывается, кое-что известно:
— Да есть тут один любитель… — Треондофил откровенно морщится. — Где-то здесь, недалеко, нашёл какие-то руины…
Ладно, делаю себе заметочку и уже осматриваю коллекцию более внимательно. И точно! среди статуэток в самом дальнем углу лавки вижу фарфорового олимпийского мишку! У нас в квартире такой же стоял на телевизоре. Я родился в 1981 и родители рассказывали мне и про московскую олимпиаду и про то олимпийское безумие, которое развернулось у нас за несколько лет до неё. Так что я прекрасно помню, что это за мишка… Вот только выглядит он каким-то подозрительно новым. Никак новодел?
Начинаю уточнять и тут выясняется необычное: ничего подобного ни в каких каталогах не встречается, а добыл этого мишку всё тот же субъект, что принёс тарелку. Дальше главное было не спугнуть. Потусовавшись там ещё немного под равнодушным взглядом хозяина и откровенные зевки Даши, я наконец соизволил остановить свой выбор на этих мишке и тарелке, поторговался с хозяином и в результате взял весь комплект за пол цены. Не! Этому Треондофилу до дедушки Абрама ещё расти и расти. Ну и, уже уходя, я спросил:
— А можно, на всякий случай координаты этого сумасшедшего археолога?
— Ха-ха-ха! — заржал лавочник. — Точно! Сумасшедший археолог! Да этого Добромысла здесь все знают!
Но его идентификатор таки мне скинул. На этом я равнодушно покинул лавку, а отойдя от неё метра три, рванул домой, утаскивая за собой Дашу.
— Ну и что ты в этих подделках такого ценного увидел? — скептически спросила навязанная мне пассия, глядя как я бережно достаю покупки и ставлю их на журнальном столике.
— Да ничего особенного, — медленно ответил я. — Разве что точно из такой же тарелочки я ел в детском саду, когда туда ходил… А точно такой же олимпийский мишка стоял у нас дома на телевизоре… Как сейчас помню…
От этого заявления Даша села, прямо на ковёр, и совершенно потерянным голосом спросила:
— Чего-чего? Какой мишка? Причём тут олимпийский?…
Пришлось прочитать ей небольшую лекцию про московскую олимпиаду 1980-го года и олимпийскую символику.
— Я родился через год после олимпиады, ещё застал эти безделушки во всех домах. Точно такой мишка стоял у нас дома, на телевизоре. Вот только непонятно… какой-то он слишком новый… — закончил я своё выступление.
— Вот ведь! — выдохнула Даша и в её взгляде смешивались ужас и восхищение. — Когда рассказывали, кто ты такой, я этот так… — она повертела рукой в воздухе, показывая что-то эдакое, легкомысленное. — А сейчас… Блин! Ты ведь и правда из Святого Народа! Ты хоть понимаешь, что это значит?
