– Раздухарился ты с велосипедом-то. Один раз повезло, так ты теперь уши-то и раскатал. Не обещай того, что не можешь исполнить наверняка. Не будь колокольчиком.
– Хорошо. Не буду, – согласился заяц.
Маруся присела на траву рядом с зайцем:
– Костя, а по пути к морю мост есть? Ты тут много исходил вдоль ручья, может видел где?
Заяц вздрогнул, будто внутри него пробежала морская волна и разбилась о берег:
– Ни одного. До самого моря. И на море тоже нет, – ответил он, даже не посмотрев на Марусю и отведя глаза, будто рассматривал что-то вдали, – Тебе в другую сторону надо, вверх по течению, может быть до самого начала. Так быстрее получится. И берег там чище, не такой заросший, как внизу – идти легче. И камней меньше. Одно удовольствие.
– Вот и лягушачий принц меня к истокам ручья направлял, – вздохнула Маруся.
– Кто? – удивился заяц, на этот раз посмотрев девочке прямо в глаза.
– Так, никто. Мимолётный знакомый, – Маруся будто ластиком решила затереть это случайное воспоминаниев памяти зайца.
Бобру не хотелось стоять одному в стороне от разговора, которого он не слышал. Он аккуратно пристроил компас на траву, так, чтобы его хорошо было видно и направился к дереву, под которым сидели заяц с Марусей.
– А ещё, – к Марусе в голову неожиданно постучалась интересная мысль, – Я бы, на твоём месте, прямо сейчас пошла вдоль ручья, пока вода не набралась, и внимательно осмотрела открывшееся дно, ну и метеорит бы заодно покидала в ил. Сейчас проще дно обследовать и за корягу не зацепишься. Не теряй времени. Ещё успеешь. Только, пожалуйста, на этом месте не кидай магнитный камень в воду больше никогда. Очень уж мне не хочется ледникового мезозоя, пусть даже и через миллион лет.
– Я ему сейчас загрызку на дереве сделаю. На память, – отозвался подошедший бобёр. Он подошёл к сосне, растущей напротив того места, где в ручье расположился люк и вцепился зубами в её крепкую древесину. Раздался хруст. И на землю полетели свежие, почти белоснежные щепки.
– Готово, – отчитался бобёр, когда работа была окончена, – Смотри и запоминай.
– Уже запомнил, – уверенно заявил заяц, так, что у окружающих не осталось в этом никаких сомнений, – Ну, я пошёл? Увидимся.
– Обязательно увидимся, – поддержала его Маруся, – Нам с тобой ещё доклад писать, не забывай.
И заяц пошёл от них вдоль берега, постепенно удаляясь, внимательно всматриваясь в заиленное дно и с завидной регулярности забрасывая в тёмную жижу свой новый метеомагнит на верёвочке.
– Я тоже, пожалуй, пойду, – как-то грустно вздохнул бобёр. Судя по всему, ему было досадно расставаться со столь интересной компанией, к тому же он очень устал и только-только начал приходить в себя после пережитого кошмара, – Проголодался я что-то. Пойду, что-нибудь погрызу. Счастливо оставаться.
Бобёр развернулся и медленно побрёл вдоль оврага в противоположную от зайца сторону, туда, откуда совсем недавно его принесло быстрым течением проваливающегося в недра земли ручья.
– Досвидания, – вежливая девочка не забыла попрощаться с неторопливо удаляющимся от неё бобром и о чём-то задумалась, стоя на краю оврага и рассматривая компас…
– Ёжики – матрёжики, – вдруг всполошилась она, когда бобёр уже скрылся из вида, – Мне же на другую сторону надо! Надо было попросить бобра помочь мне перебраться. Вот я лохунья-то!Тетёха. А теперь-то уж что… Одна, сама я в ил не полезу – засосёт и не выберешься. А там, потом, и вода в ручье ещё поднимется, совсем плохо будет. Делать нечего, пойду, как и планировала к морю. Может где и удастся перебраться через ручей. А может и зайца ещё нагоню, узнаю, как у него успехи в его поисково – кидательном деле.
И подняв с земли корзинку, девочка отправилась в путь. Странно, но заяц на пути ей больше не попался.
– И куда он подевался? – думая Маруся, волоча свою корзинку, – Не мог же он так быстро далеко уйти – ему же дно обследовать надо, а это время. Может быть, нашёлуже что-то такое большее и интересное и сразу на кузницу понёс? Вот нетерпеливый. Пока он туда-сюда бегает, вода в ручье прибудет. Набрал бы сразу всего разного целую кучу, а потом бы уже и относил понемногу. Кто тут чего у него возьмёт? Нет же никого.Эх… – вдруг раздосадовано вздохнула Маруся, – Квашня я позавчерашняя: Надо было у зайца спросить, где кузница находится? Могла бы и зайти, поздороваться, проведать. А теперь-то уж что? Поезд ушёл… Вернее – заяц убежал. А что, если… – неожиданная догадка вдруг блеснула в голове у Маруси, – А что, если кузница как-то обозначена на том рисунке с карты, который я с фламандского пня срисовала? Надо проверить…
Маруся достала из корзинки клочок бумаги на котором была срисованная с пня карта:
– Так-с, посмотрим. Так быстро срисовывала, что даже не задумывалась: что черчу и вычерчиваю?
Маруся начала пристально всматриваться в карту, стараясь разгадать непонятные, пока, для неё знаки:
– Где же вы есть-то?
И тут её внимание привлёк нарисованный на карте молоток:
– Ага, вот вы где спрятались! Не иначе. Вот где логово кузнецов! Здесь у них лежбище. Туда мне надо.