– Слыхал я в молодости про тот люк. Дед сказывал, – прервал короткое молчаливое замешательство один из кузнецов, – А вот откуда он и для чего? И в каком конкретно месте? Кажется, и дед про то не знал. А я больше им и не интересовался– как-то не особо-то в тот люк и верилось. Думал: былины всё это. Сказки.
– Ага, – парировала Маруся, подхватив пальму первенства, неожиданно свалившуюся на неё, – А сами-то где живёте? Ау! Проснитесь. В зайца говорящего, они, значит, верят, а в безмолвный люк, тихо покоящийся на дне ручья – нет. Да тут ещё и не такое бывает! Сама видела.
И тут её, вдруг, перебиладругая мысль:
– А что же, вы здесь совсем одни живёте? Молодых молотобойцев нет? А как же передача секретов мастерства подрастающим поколениям, исконных традиций, обучение мастерству?
– Эк ты хватила, – то ли усмехнулся, то ли посетовал на Марусю один из кузнецов, – Будто не в сказке живёшь? Молодые все нынче в город подались. В эти… как их уж там? Мерчендайзеры и промоутеры. Тьфу ты. Прости, Господи. Проматывают свою молодость невесть чем. Торгашествуют на дядю, вместо того, чтобы настоящему делу обучиться. Как околдовал их там кто-то. Чисто зомби и есть. Так и хочется иной раз лопатой по хребтине навернуть – чтоб мозги на место встали.
– Пороть надо было в детстве, – вставил своё веское слово в разговор второй кузнец, – Пороть, как в старь, чтоб традиции передавались.
– Это не педагогично, – вступилась за всё подрастающее поколение Маруся.
– Зато практично, – ничуть не смутившись ответил ей кузнец, – А теперь что? Помогла кому такая твоя педагогичность? А на селе-то хорошо как! Простор, воля, река. Небо голубое. Солнце. Бывалыча, скуёшь этак что-нибудь такое диковинное, редкостное, так аж душа радуется, ликует – не напрасно жизнь прожил, ремеслу обучился. А коробки в полутёмном складе можно всю жизнь с места на место переставлять, только вот радости в том никакой нету. Одно мытарство. Расколдовывать их всех там надо. Да вот только – как?
– Да уж, – обречённо вздохнула Маруся, – Задачка с двумя неизвестными: Пороть или не пороть? – Вот в чём вопрос. И как расколдовывать? В гости их что ли для начала пригласите. Позовите. Пусть для начала хоть на природу на живую посмотрят, вспомнят родные корни, откуда они вышли. А там, может быть и сами втянуться, вернуться на совсем. Надо всё попробовать, разные педагогические методы. Нельзя опускать руки. За подрастающие поколения надо биться, так уж издревле повелось.
– Твоя правда, – вздохнув, ответил ей степенный кузнец, – Чего-то мы здесь совсем приуныли в одиночестве. Да ещё и ручей этот… Совсем из колеи выбил. Надо приниматься за работу. Пока угля поднесём, порядок в кузне наведём, чтоб время даром не терять. А там, глядишь и ручей наполнится. Колесо толкнёт и пойдёт работа. А когда работа, тогда и мысли светлее кажутся, жизнерадостнее.
Маруся немного призадумалась и достала из корзины завёрнутую в тряпочку подкову:
– Вот, возьмите. Это вам. На счастье.
Один из кузнецов протянул рукуи принял увесистый подарок. Затем развернул тряпку и внимательно присмотрелся к подкове:
– Дак, ведь, это, кажись, нашенская. Погодь…
Он, неторопясь, степенно дошёл до кузницы, взял металлическую щётку и принялся усердно зачищать подкову от старой ржавчины:
– Точно,нашенская. Я это сразу приметил – стиль, форма. Вот, поглядите: и клеймо наше. Прадед ковал – вот его засечка. А отец часто говаривал: «Когда какая из наших подков пол мира обойдёт, и сама к нам вернётся, тогда и счастье ждите».
– Ну, мне пора, – засобиралась Маруся, – Дел ещё… Бежать и бежать. А по вашей плотине можно на ту сторону перейти? Мне туда надо.
– Отчего же нельзя? Конечно можно. Ступай. Только перила не трогай. Старые, подломиться могут. Упадёшь.
– Спасибо, что предупредили. Счастливо оставаться, – попрощалась девочка и подхватив корзинку, направилась к плотине.
– И тебе не хворать, – услышала она во след.
– Грустно у них как-то без молодёжи, тоскливо, – думала Маруся, переходя по плотине через наполняющийся водой ручей. –Э-эх… «Во кузнице молодые кузнецы». Было же времечко.
Перейдя через плотину, Маруся быстрым шагом направилась дальше, вниз по течению ручья, чтоб уж поскорее выйти к намеченной цели: море – океану:
– И кто только эту сказку пишет? – рассуждала Маруся между тем, – Долго мне ещё ходить туда – сюда – обратно? Уши бы этому сказочнику оборвать. Можно хотя бы весь сценарий заранее посмотреть? К чему теперь готовиться? Чего там у нас дальше по плану-то? Какие приключения?
Рассуждения девочки прервал огненно – рыжий огонёк, мелькнувший впереди и скрывшийся за кустами.
– Не иначе, как лиса? – догадалась Маруся, – Надо приготовиться к встрече. Что я там утром про колобка пела? Так… «знак качества» отбрасываем – «Первый сорт» ни к чему -это сейчас явно лишнее. Начнём сначала… – и она мысленно жалобным голосом заголосила: