Поскольку во время путешествия с Валтором, случившегося, казалось, вечность назад, Лотэссе довелось побывать и в Имтории, и в Латирэ, она смогла понять, куда ее везут. И пусть в ее карете никогда не поднимали темных занавесок, закрывавших и без того небольшие окна, но во время коротких остановок и ночевок в гостиницах Тэсса без труда узнавала латирскую природу, плоские черепичные крыши домов, блюда и напитки, которые она пробовала только в Латирэ. Но самым верным признаком служили женские наряды. Нигде на просторах Доэйи больше не увидишь трактирных служанок, одетых в брюки.
Едва поняв, что она в Латирэ, Тэсс больше не сомневалась, что ее везут в Аллойю к принцу Оливену. Не сомневалась она также и в том, с какой целью ему понадобилась. Разумеется, для того, чтобы шантажировать ее мужа, чьи войска лишь несколько сражений отделяло от того, чтобы вышвырнуть захватчиков из латирской столицы. А теперь Валтора вынудят к переговорам и заключению мира на условиях имторийцев.
И все из-за нее! Надо же было быть такой идиоткой, чтобы купиться на речи царевны и сунуться прямиком в расставленную ловушку! И даже если Ириана такая же жертва обмана, как и она, это все равно не оправдывает безрассудства Тэсс. Ну что ей стоило все-таки поставить в известность если не Валтора, то хотя бы Торна? О богини, она могла бы на худой конец оставить им письмо.
Но нет! Надо было сделать все самой! Впутаться в безумную авантюру, последствия которой придется расхлебывать ее мужу. А уж сколько людей от этого пострадают даже подумать страшно. Каждый раз, при мыслях о том, что натворила, Тэссе хотелось убить себя. Правда, воплотить задуманное ей мешало не столько дарованное Изгоем бессмертие, сколько любовь к Валтору.
Что он должен испытать, узнав, что она в очередной раз пропала? А когда имторийский принц начнет его шантажировать? И почему она допустила это? Как можно, пройдя через все, что выпало на ее долю, так и остаться безрассудной девчонкой, ни капельки не поумнев?
Так в самобичевании дни проходили за днями, пока Тэсс не оказалась во дворце царицы Армиры. Сидя в пустой комнате, она ждала визита принца-узурпатора, будучи почти уверенной, что он не замедлит явиться, чтобы лично полюбоваться на ценный трофей.
Словно в ответ на мысли Лотэссы дверь отворилась, пропуская молодого человека, с виду немногим старше самой Тэсс. Имторийского принца — а это без сомнения был он — можно было бы счесть привлекательным. Мягкие правильные черты лица, светлые вьющиеся локоны, серые глаза, оттененные длинными ресницами. Однако впечатление от внешности принца портила излишняя женственность образа, выражавшаяся не только в чертах лица, но и в одежде слишком богато отделанной кружевом и блестящей вышивкой. Кроме того, было в нем что-то неуловимо скользкое и неприятное. Принц напоминал Лотэссе куницу или ласку — пушистую, красивую с виду зверюшку, в любой момент готовую оскалиться и пустить в ход острые зубы.
— Ваше величество, — имториец склонился в издевательском поклоне, при этом в упор пялясь на пленницу, разглядывая ее самым бесцеремонным образом.
— Ваше высочество, — Тэсс в ответ присела в реверансе, отвечая мужчине столь же пристальным, откровенно оценивающим взглядом.
— Счастлив наконец-то видеть вас.
— Не могу сказать того же о себе.
— Я непрестанно изводил себя тревогами о благополучном исходе вашего путешествия, — принц продолжал издеваться.
— Сильно сомневаюсь, ибо мое путешествие нисколько не походило на благополучное.
— Что поделаешь, война, — философски заметил Оливен. — За нее стоит благодарить не меня, а вашего мужа.
— Что вы несете?! — вскипела Лотэсса. — Ваш отец подлостью и предательством захватил Латирэ, а благодарить за войну стоит моего мужа?
— Разумеется, — принц пожал плечами. — Не вмешайся он, войны бы не было. Просто в Латирэ сменилась бы правящая династия. Такое бывает временами. Всего лишь год назад ваш муж пытался захватить вашу страну. Правда, оказался менее удачлив. Кстати, ваш жених, нынешний король Элара отдал вас Смазливому королю в качестве отступного?
— Да как вы смеете?! — Тэсс замахнулась, чтобы влепить мерзавцу пощечину.
— Полегче, прелесть моя, — рука, перехватившая ее запястье, с виду такая холеная, оказалась жесткой и сильной. — Не советую меня злить. Вам гораздо выгоднее быть милой и покладистой со мной.
— С чего бы это? — Лотэссе хотелось в кровь разодрать это самодовольное лицо.
— С того, что вашу участь, в отличие от участи вашего мужа, я еще не решил.
— Какую же участь вы уготовили королю Дайрии? — она старалась выдерживать презрительный тон, хотя внутри все похолодело.
— Смерть, — закатное небо на миг отразилось в серых глазах кровавыми отблесками.
— Уверена, он бы желал вам того же, — Тэсса из последних сил пыталась сохранять хладнокровие.
— Но у него нет моей жены, за которой я отправлюсь хоть за Грань и сунусь в любую ловушку. Впрочем, я бы не сунулся, будь моя жена даже столь хороша, как вы. Смазливое личико и соблазнительная фигурка не стоят власти, не говоря уже о жизни. Увы, ваш супруг думает иначе.
