— Валтор никогда не явится к вам!
— Вы сами-то верите в то, что говорите, ваше величество? — насмешливо поинтересовался имториец.
Она не верила. Напротив, была почти уверена, что если Валтора будут шантажировать ее безопасностью, он забудет о собственной. Пусть он больше не хранитель, но ради нее пойдет на все, презрев королевский долг и наплевав на собственную жизнь.
Тэсс, не задумываясь, выкупила бы жизнь Валтора любой ценой. Ценой собственной жизни, чести, любых унижений. Но имторийский принц не торговался.
— Так вот, судьба вашего супруга предрешена и, увы, незавидна. Насчет вас же я пока не решил, — внезапно он сделал шаг вперед и схватил Тэсс за подбородок, с силой зажав его в тисках длинных тонких пальцев. — Будешь хорошей девочкой и тебе не придется отправляться за Грань вслед за мужем. Уверен, я найду лучшее применение такой красоте. Как думаете, ваше величество, мы подружимся? — принц глумился, вертя ее лицо в разные стороны, словно пытаясь лучше рассмотреть.
Бросив попытки вырваться из плена цепких пальцев, Тэсса плюнула в холеное миловидное лицо, обезображенное сальным блеском в глазах и приподнятой верхней губой, обнажившей зубы.
В ответ Оливен отпустил ее, но тут же толкнул так, что она отлетела к стене.
— Ах ты, строптивая дрянь! — прошипел он, утираясь. — Ну что ж, я хотел по-хорошему, а теперь пеняй на себя. Последнее, что узнает перед смертью твой муженек — это какой сладкой показалась мне его прелестная королева. Хотя к чему слова? Я сделаю лучше — позабавлюсь с тобой прямо у него на глазах. Будет весело, не находишь?
Тэсса молчала, объятая ужасом. Она не столько боялась насилия мерзкого выродка, сколько содрогалась от изощренности пытки, которую тот уготовил Валтору.
— Впрочем, зачем ждать? — принц направился к Тэссе, которая при каждом его шаге пыталась все сильнее вжаться в стену. — Раз уж мы намерены устроить такое незабываемое представление для его величества, то почему бы не потренироваться перед этим? Мне не терпится попробовать на вкус женщину, ради которой можно пожертвовать короной и жизнью.
— Вы не посмеете! — Лотэсса заставила себя смотреть ему в глаза, хотя безумно хотелось зажмуриться и исчезнуть. — Я — дочь герцога Линсара. Я — королева, в конце концов.
— О да, — он плотоядно облизнулся. — В этом-то и кроется особое наслаждение. Кто еще может похвастаться, что поимел чужую королеву? Что вы морщитесь, ваше величество? Вас смущает грубость моих выражений? Но ведь это только слова. Вот когда я перейду к делу…
— Вы не посмеете, — повторила Лотэсса, но даже сама услышала нотки безнадежности в своем голосе.
— Отчего же? — усмехнулся имториец и глумливо потрепал Тэсс по щеке. — Если я собираюсь убить короля Дайрии, то почему бы прежде не надругаться над его королевой? Вы не находите это логичным? Если же вы печетесь о моей репутации, то зря. Ей уже ничего не поможет. Лучше уж иметь славу самого черного злодея, чем быть посмешищем, — последние слова он произнес чуть слышно и отвернулся.
— Убери от меня лапы, грязный ублюдок! — Лотэсса стряхнула шарящую руку, скользнувшую от щеки к шее и ключицам.
После этих слов лицо имторийца перекосилось. На миг Тэсс показалось, что он сейчас заплачет. Но тут же в глазах принца вспыхнуло бешеное пламя, и он ударил Тэссу по лицу. Не хлестнул наотмашь пощечиной, а ударил кулаком со всей силы, которой не ожидаешь в столь изнеженном на вид мужчине.
Резкая боль на миг затопила сознание, и мир смазался. Вернувшись к реальности, Тэсс ощутила струящуюся из носа кровь, заливающую рот и подбородок. Мелькнула надежда, что имториец ужаснется содеянного и оставит ее в покое. Но вместо этого выродок набросился на нее, впиваясь поцелуями в окровавленное лицо.
В принце не осталось ничего человеческого. Сейчас он напоминал шаэл — кровопийц из древних сказаний.
Ужас и слабость накрыли Тэсс, лишая сил к сопротивлению. Но она должна бороться. Ведь все это уже было. Тогда в зимнем лесу, она до последнего дралась с четырьмя сильными мужчинами. Неужели сейчас сдастся одному женоподобному мальчишке? Правда, тогда мерзавцы скорее забавлялись с ней, а не дрались. В отличие от Оливена, которому силу заменяла злобная одержимость.
В тот раз за ней пришел Валтор, а сейчас она готова отдать что угодно, лишь бы он не приходил. Она будет бороться за себя сама, пока не иссякнут силы. В том, что сил хватит не надолго, она не сомневалась.
Тэсса схватила своего мучителя за волосы и изо всех сил потянула вниз, стараясь оторвать его мерзкую рожу от своего лица. Имториец ответил ей тем же. Схватив Тэсс за волосы, он со всей силы ударил ее головой о стену.
Мир раскололся на сверкающие осколки, наполнился новыми звуками и внезапно стал темно-синим.
