– Означает ли это, что вы занимаете ведомую позицию?
Макс напрягся. Почему парнишка ведёт в эту сторону, какой ответ он хочет записать на свой маленький диктофон, который он пихает то к его, то к своему лицу?
– В разговорах и выступлениях – да. – Миша остался невозмутим. – Поэтому и сейчас я предпочту вновь передать слово Чтецу.
Поселение Макс покинул изрядно истощённым, разрываясь между желанием напроситься переночевать где-нибудь на нормальной кровати и пониманием, что это невозможно. Слишком высокий риск показать лицо, так что пришлось возвращаться к Ласточке и, отъехав на безопасное расстояние, устраиваться спать на полу.
Спальный мешок был хорошим, но по полу дуло.
– Я готов поменяться. – Осьминог демонстративно поднял руку. – Пусть дует, зато можно выпрямить ноги!
Ему никто не ответил. Нельзя было не заметить, что с их прошлой встречи в «Порисульках» торговец заметно похудел, но уложить его в ту часть прохода, где спал Макс, не представлялось возможным.
Здесь, в нескольких километрах от поселения, они провели ещё несколько дней. Разобрав своё оборудование, Рома ловил радиоволны, выжидая, когда же выйдет их интервью. Миша читал книгу Даррелла, прихваченную из библиотеки Александра, Макс в тысячный раз осмотрел печати на руле Ласточки и даже кое-как зарисовал контуры в блокнот, надеясь когда-нибудь сравнить узор с тем, который был на печати Кота. Есть ли в них общее? В голове, более ничем не занятой, роились тысячи мыслей, упрямо не желая складываться во что-то внятное, лишь казалось, что есть что-то, вот только ухвати, но нет. В последний момент озарение убегало прочь, оставляя в руке оторванный хвост невнятных ощущений.
А Женя просто страдал. Ему хотелось общения, потому он добрый десяток раз пересказал свои мысли по поводу их выступления, повторил инструкции Александра, дал миллион советов и довёл, кажется, всех до белого каления. Макс знал, что сорвётся первым, однако от ссоры их спас довольный смешок Ромы. Долгожданная запись наконец-то прозвучала в прямом эфире, и даже Чтец оценил, насколько она была хороша.
Встречать вернувшихся путешественников Александр вышел лично. Сияя от распирающих его чувств, он размахивал руками и, указывая на свой дом, умолял их поскорее последовать за ним в его кабинет.
– Нам так много всего нужно обсудить! – забыв о приветствиях, повторял Александр. – Умоляю вас, пойдёмте скорее!
Однако даже его суета не смогла помешать Максу с облегчением вдохнуть свежий морозный воздух, пахнущий хвоей. Поездка закончилась. Больше не будет тошнотворной качки, сна на полу, сомнительной еды, которую они собирали из имевшихся у Ромы консервов. Зато будет душ. О да, настоящий душ с тёплой водой.
– Дай хоть прийти в себя с дороги, – с иронией пережившего многое попросил Женя, а Миша шагнул к своему автодому.
На одно короткое мгновение лицо Александра сморщилось, как забытое на подоконнике яблоко, но тут же разгладилось. Смирившись с тем, что живые люди имеют простые человеческие потребности, он мягко улыбнулся и уже куда спокойнее проговорил:
– Пока вас не было, к нам прибыли последние двое из тех, кого я попросил присоединиться к нашему делу. Прошу вас простить моё нетерпение, разумеется, это дело ждёт ещё десять-двадцать минут, но, прошу вас, не более того. Вас просто необходимо познакомить как можно скорее, а после я надеюсь обрисовать итоговый план. И ещё, Михаил. Тебе незачем идти к вашему автодому, девушки там больше нет.
Бессмертный остановился. Макс видел, как напряглись его плечи, и, опередив Женю на пару мгновений, поспешил уточнить:
– Что значит нет?
На лице Александра не дрогнул ни один мускул.
– Сейчас она на кухне, помогает Анюте готовить ужин. Нет нужды беспокоиться, ваша спутница в полном порядке и без проблем сможет подождать вас ещё немного.
Миша медленно выдохнул. Быстро переглянувшись с Женей, Макс заметил выражение собственного облегчения на его лице. Мира была в порядке, более того, похоже, даже в большем порядке, чем когда они уезжали.
– Однако, должен сказать, с вашей стороны было не совсем честно не предупредить меня о её болезни, – как ни в чём не бывало продолжил Александр. – Я не на шутку испугался, когда Леонид нашёл её в таком состоянии…
– В каком состоянии?
Миша шагнул к нему, и хозяин дома ответил с, на взгляд Макса, чрезмерным выражением неприязни на лице:
– Головокружения, тошнота, общая слабость, потерянность, приступы боли. – Неприязнь почти достигла степени брезгливости, но хозяин дома взял себя в руки и уже куда мягче продолжил: – Однако нет нужды беспокоиться, сейчас всё хорошо. Анечка выходила её и приучила есть. Кстати, Врач осмотрел девушку и сказал, что не нашёл никаких физических проявлений болезни. Он склонен полагать, что её источник, скажем так, менее традиционный, чем мы привыкли.
– Врач? – обрадовался Женя, а вновь напрягшийся, как перед битвой, Миша поспешил уточнить:
– Какой-то медик или тот самый?
Александр торжествующе поднял указательный палец.
– Тот самый! Он и его спутница ждут нас в гостиной.
