Пролетели гигантские тела, почти коснувшись людей, и приземлились аккурат в болото. А после забили лапами по поверхности, пытаясь выплыть наружу, но с топью лишь для того стоит бороться, чтобы быть в нее поскорее утянутым. Одна, раненая, быстро в трясину погружалась, окрашивая мутную жижу кровью, а вторая умнее оказалась. Стала карабкаться на сородича, чтобы с него до земли допрыгнуть. И почудилось мне, сейчас рванется, но забурлило вдруг болото. Кто-то, нашему глазу невидимый, тоже вкус крови почуял. Всколыхнулась топь, мелькнуло змеистое тело, и вмиг исчезли обе твари с поверхности. Булькнуло, чавкнуло и успокоилось, словно и не было ничего.
Воины наши быстро на ноги взвились и отскочили от края подальше, а Тальраир бросился к запутанной мной Эджелине. Я ж с перепугу ей не только упасть не дала, но и ветвями оплела со всех сторон. Эльф ладони протянул, осторожно черноволоску выпутывая, когда отвлекло меня от них новым сиянием. Полыхнуло ярко в третий раз, и в этот миг сердце мне отказало. Полезли из портала оставшиеся твари, а вместе с ними бесшумно вылетали в лес черные тени.
— Эртен, чердуши! — выкрикнула Эджелина, но диор и сам яснее ясного их видел, однако на сей раз не было в его руках той магии, которой он прежде разметал теневое войско. И среди магов оставались только я, эльф, да сестра черноволосого.
Тальраир пожелал девчонку обратно ко мне поднять для защиты, а она вырываться принялась. Из его рук извернулась, от веток уклонилась, а когда снова поймал, замерла на секунду, глаза на него подняла и так посмотрела, что разжал ладони. Эджелина тут же на колени упала и, как брат когда-то, ладони на землю поставила.
По всему видно, нелегко ей сейчас приходилось, ведь и с деревьев за просто так никто не валится. Сколько уж сил потратила в нашем бою неравном? Тальраир за ее спиной опустился, вытянул ладони по обе стороны, то ли придержать, то ли страховать собрался, и как в ту ночь памятную прожилки на листочках и травинках засветились, расходясь волной от центра, точно большой круг на воде. А от пальцев магини по земле сеточка серебристая побежала. Знакомый скулеж раздался в ответ, тени шарахнулись, зверюги сбились в кучу, но живым тварям эта магия опасности не несла.
Вокруг пригорка сияние прозрачным щитом заблистало, а за этим кругом застыли недруги наши. В прошлый раз часть теней, кто в мерцание попал, уничтожены были, а теперь все извне очутились, не приближались, но и бежать не торопились. Зависли по ту сторону, покачиваясь и медленно перемещаясь в воздухе, формировали вокруг нашего круга свой, черный.
Увидев такое, мгновенно я от насеста эльфийского отвязалась, а веточки меня на землю опустили. Кинулась к двум защитникам, подсобить, но Тальраир сквозь зубы процедил:
— Береги свои силы, Мира, следующей ты держать станешь.
А я подумала: "Сколько продержимся-то?". Эльфийская сила отпугнет, да не уничтожит, а иная магия хоть и способна врагов положить, но одна магиня против всех да за всех не выстоит.
И ведь не только чердуши пугали, но и твари про нас не позабыли. Подкрадывались медленно, будто проверить хотели, удастся ли внутрь прорваться. Эртен с Тинаром тоже узрели и встали там, куда твари метили. Но на сей раз я в поведении зверюг одну странность углядела: если прежние на кого ни попадя накидывались, главное, добычу за горло ухватить (как об том Тинар рассказывал), то эти словно одну цель для себя избрали.
И стала я внимательней наблюдать и уверилась, что двигались звери шибко слаженно и лишь тогда, когда диор шевелился. Стоило ему с ноги на ногу переступить или поудобнее меч перехватить, как зверюги шажочек мизерный делали, осторожно и почти незаметно. Рана от кинжала на мужской руке могла служить главной причиной, но ведь тварюги от запаха крови в ярость впадали, на жертву бросались, а эти напротив подкрадывались осторожно.
Тихий стон отвлек меня от наблюдения. Поворотилась в тревоге, а у Эджелины голова все ниже клонится, силы на защиту уходят, а тени по ту сторону ждут терпеливо.
Секунды медленно, но верно протекали. Давно стемнело вокруг, и луна на небе уж по кругу поскользила, защитники же наши все бледнее становились.
— Где ж помощь-то? Или тогда придет, когда всех уже в кости обратят? — высказалась я в сердцах, увидев, как тускнеет наш щит. Лук вновь наизготовку взяла, хоть отпугну скольких-то, хоть на несколько минут отсрочу погибель.
Вот и застыли мы все: диор с Тинаром, мечи вскинувшие, магиня дрожащая, я, с лука прицелившаяся, и эльф сосредоточенный. Он одной рукой Эджелину за плечи обнял, а другую так и держал раскрытой ладонью вперед. Повод задуматься, сколько я в одиночку со своей магией эльфийской чердушей отпугнуть смогу.
