— Однако вы не совсем правы, Оксана. Если бы вам сказали покончить с собой, вы бы тоже безропотно согласились?
Еле удалось сдержаться, чтобы не закатить глаза в приступе раздражения. Что же это, если не очередная интерпретация заштампованной родительской фразы «Если другие разом решат прыгнуть с крыши, ты тоже прыгнешь?»
— Поверьте, мистер Моретти, те с кем мне довелось общаться, достаточно рассудительны, а их решения вели лишь ко благому. Именно поэтому я согласна стать вашей женой.
— Пра-авильно. Должен признаться, я ожидал женских истерик, слёз и необходимости долго уговаривать выйти за меня, но вы очень приятно удивили, — мистер Моретти шаркнул отодвигаемым стулом и поднялся. Я встала синхронно с ним. До омерзения довольный итальянец отвесил мне лёгкий поклон и чинно поцеловал руку, после чего распорядился чувствовать себя как дома.
— Обязательно и всенепременно, — ответствовала я. Казалось бы, предсвадебный разговор был исчерпан, но мистер Моретти, прежде чем показательно отвернуться к окну, учтиво добавил:
— Марко позаботится о вас. Я лишь хочу попросить, чтобы вы не боялись обращаться к нему (или ко мне) с просьбами.
Он уже глядел в окно и не видел, как я согласно киваю в ответ. Чайную веранду, не достойную особого искательского внимания, я покинула в бодром расположении духа, а на пороге меня тут же перехватил Марко.
— О! Ты всё это время ждал меня? Истинный джентльмен, — улыбнулась я пареньку. Тот гордо расправил плечи и махнул рукой, мол, не льсти. — Раз уж так, расскажешь мне о моём новом доме?
В прогулках по дому прошёл остаток дня — мой маленький помощник оказался на редкость хорошим рассказчиком, и каждой детали уделял внимание, что заметно облегчило мою участь — по крайней мере, стало известно, какие комнаты недавно ремонтировались и, следовательно, не могли пронести тайну послания до сегодняшнего дня. Выяснилось, достойны внимания оказались всего лишь несколько комнат. Но выдавать свой секрет при Марко было ни в коем случае нельзя, и когда гулкий часовой звон оповестил о пришествии десятого часа вечера, я попросила джентльмена провести меня до моей комнаты. По второму этажу, как рассказал Марко, путь из восточного до западного крыла по архитекторской задумке намного короче, и мы поднялись наверх. Усталость и созревший план требовали как можно скорее вернуться в свою скромную обитель, но уже знакомая мрачная дверь, увенчанная грузным замком, вынудила повременить и остановиться на пути.
— Марко, погоди, — я поймала мальчика за руку и указала на проход в «переговорный зал», где ещё совсем недавно Джек «продал» меня Моретти. Один момент, безусловно, не мог не показаться странным и подозрительным: — Почему в «переговорном зале» нет ни единого окна? Он что, там людей пытает? — Марко вздрогнул и съёжился, опасливо озираясь, будто допустил нечто запретное. Я вытаращила глаза и прикрыла рот рукой. — Что, правда пытает?!
— Нет, что вы! — выдохнул мальчик. — Но вам сюда лучше не ходить. Господин Моретти не любит, когда тут кто-то шастает.
Я задумчиво чесанула скулу. «Значит, ему всё же есть, что скрывать». Взгляд мимолётно уцепился за что-то левее, и переместился туда, где конец коридора заворачивал к неприметной лесенке, что в свою очередь упиралась в ветхий деревянный люк в потолке, сцепленный старым замком. Заметные слои паутины тянулись от ступенек к стенам и дверце люка. Это убедило, что они уже давно не используются хозяином.
— Что там? — я кивнула на темнеющую лестницу и подозрительно глянула на Марко.
— Там? Да вроде бы чердак. Никто туда уже который год не заходит. Пустая комната, как пить дать, — Марко пожал плечами и почесал затылок.
— Если пустая — зачем замок?
— Не знаю, мисс, не знаю! Говорю же: не ходит туда никто. Идёмте, — и он, подхватив меня за руку, чересчур навязчиво потащил прочь из восточного крыла. А отпустил лишь тогда, когда мы уже стояли на пороге моей комнаты. И, сообразив, что вёл себя как-то не так, смятенно отступил и потупил взгляд.
— Нужно вам что-нибудь ещё?
— Нет, спасибо, — я взлохматила русую копну мальчишеских волос и скрипнула отворяемой дверью. Едва она скрыла от меня неловко-учтивое личико паренька, я позволила себе сдёрнуть с губ улыбку и опустить плечи. Самый таинственный и безлюдный уголок дома всенепременно удостоится моего посещения — и чердак, и «переговорный зал» сделались главными подозреваемыми в хранении нашего заветного пергамента с координатами. И если по обыкновению шпионы сперва начинают присматриваться к подозреваемому объекту, ходить вокруг да около, то я решила действовать наоборот: наведаться туда без разборок «что да как?», ведь долгие наблюдения за странным «залом» привлекли бы к моей персоне внимание — и не в лучшем свете.