Свежее, солнечное утро застигло меня врасплох, когда я в счастливом блаженстве потягивалась в койке и шарила рукой по подушке в поисках Джека. Однако под руку не попались густые косматые тёмные пряди волос капитана, и я удивлённо приоткрыла сначала один глаз, потом второй, убеждаясь в отсутствии Воробья. В добавок к этому неприятному фактору с палубы донёсся приглушённый поток брани и спешные, встревоженные приказы. Пришлось с трудом оторвать пятую точку от постели и вывалиться из каюты, щурясь от яркого солнца. Глаза тут же распахнулись до рези. Я так и застыла с открытым ртом после зевания. Бушприт «Жемчужины» был стрелой нацелен на стену прибрежных домов. Новый Орлеан пестрел городскими красками: яркими терракотовыми стенами домов, коваными узорами балконов, огромными повозками, прыгающими по грубой брусчатке… Гавань щебетала и звенела сотнями звуков: от криков торгашей до зазываний гадалок, от скрипа рыбацких шлюпов до громкой рынды огромных военных кораблей. Небо было изрезано десятками мачт шхун и фрегатов, корветов и линейных кораблей, сверкающих свежей краской и медью судового колокола. Гигантский, оживлённый порт заставил меня съёжиться и присесть: голова пошла кругом от мысли, что в такой рассадник военных мы пришли с двумя сотнями килограммов марихуаны.
— Как мы здесь причалим?! — едва мимо меня пронёсся Джек, я устремилась за ним.
— Никак.
— А конкретнее?
Джек крутанул штурвал, и бушприт резко ушёл в сторону.
— Войдём в дельту и поднимемся выше по реке, ближе к окраинам. Там нас будет ждать заказчик.
«Жемчужина» маневрировала средь десятков кораблей, что требовало от капитана особой сосредоточенности, и я предпочла устроиться у фальшборта и наблюдать за громадами судов и зданий. Едва «Жемчужина» прошла бухту Полумесяца и свернула в речное русло, из-за берегов нам навстречу вынырнуло линейное судно. Полотно французского флага билось на ветру, а под ним на планшире враскорячку стоял человек, размахивая маленькими красными флажками. Даже не понимая языка флажков, не трудно было догадаться о том, какое послание береговая охрана передаёт нам. У меня затряслись коленки.
— Джек! Нам конец. — С нервной улыбкой произнесла я, поднимаясь на мостик. — Сейчас нас остановят и обнаружат товар. Почему ты дотянул до последнего? Надо было ещё вчера замаскировать товар, а не кувыркаться в нём! Допрыгался!
В ответ мне прилетел лишь насмешливый взгляд.
— О да! Просто ужас! Нам крышка! Дайте пистолет, я застрелюсь! — Джек возвёл бездонные очи к небу и наигранно приложил руку ко лбу. Я изогнула бровь. Вместо пояснений ответом мне был лишь интригующий взгляд капитана.
«Жемчужина» поравнялась с судном береговой охраны, и на борт вскарабкался озабоченный, серьёзный человек в щегольской форме. Вечно поправляя на носу маленькие очки, он перелистывал кипу бумаг и глядел по сторонам, пока перед ним не возник капитан Воробей.
— Что везём? — буркнул досмотрщик.
Джек благодушно пожал тому маленькую пухлую ладонь и развёл руками:
— Себя.
Проверяющий сурово зыркнул на матросов и жестом пригласил группу людей со своего корабля переступить на борт «Жемчужины».
— Пройдёмте на досмотр.
Пока Джек любезно пропускал проверяющих в трюм, я не сдерживала понимающую, знающую улыбку: опять выкрутился, чертяга. И когда он успел запрятать товар? И главное, где, чтобы так бесстрашно проводить экскурсию по судну?
Проверка затянулась, наверное, потому что береговую охрану возмутила такая наглость: надо же, уже полчаса беготни по судну, и не одного подозрительного предмета! Это всё сильнее пробуждало во мне глас любопытства, и когда проверяющие ни с чем вернулись на своё судно и пропустили «Жемчужину» вверх по реке, я в порыве кинулась к Джеку.
— Позволь поинтересоваться, где на корабле можно спрятать двести килограммов контрабанды — да так, чтобы никто не заметил?
— Так и не догадалась, — с грустью покачал головой Джек.
— Это же не вопрос на миллион долларов!
— Не миллион, конечно, но от успеха этой операции зависит не малая сумма, — уклончиво закивал Воробей.
— Хорошо, если ты так хочешь, я скажу это. О, великий, гениальный капитан Джек Воробей! Окажите услугу, скажите на милость, до каких величайших идей додумалась ваша светлая головушка?
Капитанский ус приподнялся в наглейшей улыбке. И Джек зашагал на полубак, жестом поманив меня за собой. Я вприпрыжку скакала за ним до самого свеса на носу корабля, где традиционно между княвдигетом и бортами располагался гальюн. Именно перед этим замечательным местом Джек гордо остановился и вздёрнул подбородок, сверкая кошачьей улыбкой в ожидании похвалы.
— И? Ты что, спрятал травку в… — я выразительно покосилась на характерную дырку в полу, используемую моряками для справления естественной нужды.
— Не веришь — нырни и проверь, — романтично вздохнул кэп.
Я сложила руки на груди и приподняла уголок губ.
— Думаешь, слабо?
