Опускающееся небесное светило поднимало над собой широкую полосу алого заката. Задрожали листья прибрежных пальм. Постепенно ужас сменился странным смирением и отчаянной готовностью встретить судьбу. Лишь абстрагировавшись от предстоящих событий и возможных проблем, удалось сделать философский вывод: уже несколько раз всё могло закончиться, ещё не начавшись. Сложно разобрать, везучий ли я человек, или совсем наоборот: с одной стороны, далеко не каждому обстоятельства позволяют избежать страшной участи, а с другой — не с каждым происходят настолько рискованные ситуации. Но глядя на лица матросов, закалённые бурями и сражениями, на губы непроизвольно просилась горькая усмешка: каждый из них испытал на своей шкуре куда более жестокие повороты судьбы. Но они по-прежнему живы. Смерть выкашивает слабых, а сильным только отдаляет срок. А дальше всё зависит от человека: сколько времени он сможет прятаться от ледяного дыхания костлявой с косой, столько его жизнь будет в его руках. Мне определённо хотелось быть в числе последних, а для этого придётся бороться за свою жизнь всеми возможными способами, уметь соглашаться на оправданный риск, продумывать умелые ходы и приобрести капельку безумия. Но когда ты собственнолично предлагаешь пиратам опасную вылазку, приходится усомниться в собственном психическом здоровье. Если умру здесь — «воскресну» ли там, дома? Надеюсь, проверить не придётся.
— Любуешься закатом или стараешься не попадаться на глаза, чтобы тебя забыли взять с собой? — Джек возник за спиной словно невидимая тень. Вероятно, он держался позади не одну минуту, наблюдая за мной с не самыми безгрешными мыслями, отчего неприятное чувство уязвлённо покалывало душу.
— Угадал, любуюсь закатом, — я подавила вздох и нацепила уверенную улыбку, оборачиваясь к капитану. Тот удовлетворённо кивнул. Ещё вчера твёрдая решительность и гордость за свой план не препятствовали мне бездумно соглашаться на немаловажную роль в авантюре. Впрочем, добавлена она была Джеком и несла лишь отвлекающий характер, что было лучше, чем участвовать в самом захвате. Но лишь недавно к горлу подобрались сомнения и страхи: смогу ли? Не испугаюсь? Не впаду в ступор в последний момент? В который раз прокручивая в воспоминаниях вчерашнюю сцену, снова пожалела о том, что когда высоконравственный Тим, узнав о моём предполагаемом участии, пытался отговорить Джека отправлять мою персону на такой риск, я мягко отказалась от позиции Тимми, решив самой себе доказать, что способна на что-то большее, чем попадаться маньякам-ака-Тёмным-Личностям и в наипрямейшем смысле падать в грязь лицом.
— Ну тогда сообщу, что нас с тобой ждёт баркас, — Джек неопределённо качнул головой куда-то в сторону. — Знаешь, полюбоваться закатом можно и из лодки…
— Знаю, пойдём, — я перебила его немного грубовато, но заумные поучительные речи сейчас только мешали сосредоточится и заткнуть мечущиеся в испуганных «А вдруг…?» мысли холодной рассудительностью.
Вдруг взгляд застыл на чернеющем пятне на горизонте за спиной Джека. Затрепетало что-то в районе сердца, опустилось ниже и неприятно сжалось в животе. По спине пробежал холодок. Мир перестал существовать, всё существующее словно бы сконцентрировалось на вырисовывающихся вдали костлявых мачтах и изодранных парусах. Все надежды о том, что странный исчезающий корабль, встретившийся ещё в самом начале пути, больше не будет появляться из ниоткуда, безжалостно разрушились, раскололись на части и не оставили даже меркнущих надежд из рода «повторяющаяся галлюцинация». Это был он. Фрегат, так напоминающий небезызвестный «Летучий Голландец». Очередное появление таинственного судна подпитало страхи и убедило: видения вовсе не были видениями. Сердце отсчитало несколько отрешённых ударов, но корабль не пропал. Глаза заслезились и защипали из-за долгого воздержания от морганий. Стоит прикрыть веки на секунду — и судно исчезнет. Я старалась запомнить всё до мельчайших деталей, до малейших подробностей строения корпуса; видимо, мой вид стал настолько поражённым, что Джек Воробей повернул голову и скосил глаза к горизонту. Молчание продержалось несколько секунд. Поверить удалось не сразу: корабль увидела не я одна — «Голландец» не скрылся, когда Джек повернулся к нему, что подпитало надежду, что всё это происходит не только в моей голове.
— Ты… — я взволнованно сглотнула, пальцы теребили край лифа платья, — тоже это видишь? — мне прилетел косой взгляд пирата. На капитанском лице ни дрогнул ни один мускул, что не давало разобрать истинные эмоции.
