— Давайте думать логично, — я пристроила свою пятую точку на табурете и водрузила локти на стол. — Есть поместье, в котором жила возлюбленная Ротжета, миссис Моретти. У неё есть потомок, Жоффрей Моретти. Он проживает в семейном гнёздышке, на острове, название которого начинается на «Исла-Сант…». Полагаю, он единственный кто может знать об амулете больше, чем знали Роза Киджера и губернатор Кристиан Стивенс. Поэтому Роза Киджера хотела встретиться с ним. Но, видимо, не успела, — я мазнула взглядом по нахмурившемуся Джеку и невольно сжалась под этим взором. — Если пытаться восстановить коренное значение записей, я думаю, что перед отправлением на остров Дьявола миссис Моретти заключила координаты этого острова во что-то в своём доме — иначе как связать все эти обрывки фраз?
Гиббс и Джек недоверчиво пожимали плечами и сверлили меня прямолинейными взглядами. На капитанском лице пролегли тени сомнения, но, прежде чем озвучить их, Гиббс пододвинулся к столу и ткнул пальцем в дневник:
— Допустим, так… А это… «невидимое железо»? И причём тут первые лучи солнца? Как это, кракена мне в ром, объяснить? Если она и спрятала координаты где-то в доме, то к чему тут эти слова?
— Ну-у… — я крепко призадумалась. — Железо… Хм, может какой-то сейф? Хранилище?
— Ха, невидимое? — Воробей отвесил мне снисходительную усмешку. Но вдруг его лицо застыло, чуточку исказилось, а в глазах проступил лихорадочный блеск. Джек задержал взгляд на нас обоих по очереди и подскочил к дневнику. — Стойте-стойте… Вероятнее всего, речь идёт о надписи. Чернила делают из железного купороса…
— Ха, невидимые? — передразнила я пирата.
— Нет-нет… Если всмотреться в суть. Железо может означать нечто крепкое, твёрдое, нерушимое… Что написано пером, не вырубишь и топором, так? — торжествующий капитанский взгляд обвёл нас и вернулся обратно. — А чернила обычно изготовляют из железа. А «невидимые»… Речь может идти о каком-то реактиве.
— «…Как „эль“ в слове „солнце“, как стекло в оконце, как письмо, что написано молоком…», — вспомнила я. Раздался хлопок в ладоши и Джек указал на меня, воскликнув триумфальное «Точно!».
— Моретти — фамилия итальянская. Эти макаронники первыми додумались писать письма молоком. Молочные чернила проявляются при нагреве, как мне помнится… Невидимые, но неоспоримые, твёрдые слова, как железо. Координаты Острова Дьявола в доме Моретти, и написаны они невидимыми чернилами на пергаменте, сохранность которого была бы гарантирована! Значит, миссис Моретти запрятала пергамент с координатами на какой-нибудь важной вещи, какой-нибудь семейной реликвии, которая не могла быть продана, или, вероятнее, во встроенном в стену тайнике! — Джек стукнул кулаком по столешнице и вскочил с кресла, как судья, объявляющий, что дело закрыто. Я лишь поражённо помотала головой и прошептала одними губами: «Вот это голова!».
— А вот это: «под первыми лучами солнца, озаряющего поместье», — я ткнула пальцем в дневник и вопросительно взглянула на пирата. Воробей замешкался всего на пару секунд.
— Не знаю, чёрт возьми, пока не знаю! Но уверен, что это так! — Джек швырнул дневник на комод, а вместо него пригвоздил к столешнице карту Карибской акватории. — Придержите, — попросил он, и мы с Гиббсом взялись за два закручивающихся конца карты, расправляя её на поверхности стола. В руках капитана немедленно появилось перо, обмакнутое в чернила. Следующие десять минут ушли на разглядывание карты в поисках островов и городов, начинающихся на «Исла-Сант…». В результате претендентов на место обитания Жоффрея Моретти выявилось целых шесть, что заметно усложнило ситуацию. И вот мы уже стояли над выписанным списком незнакомых мне земель.
— М-да-а, — безрадостно протянул Гиббс. — Жаль, что губернатор сбежал. Его бы слово сейчас пригодилось.
— Не хнычь, — Джек поставил крестик на маленьком искривлённом островке и хлопнул крышкой компаса. — Пойдём на Исла-Сантьяго. Прикажи сменить курс и поставь к штурвалу бездельника-парусного мастера. Пусть хоть ненадолго перестанет шататься по палубе как призрак и дымить своей трубкой.
Гиббс вытянулся по стойке смирно, отчеканил привычное «Есть, капитан!», отдал честь и скрылся за дверными створками. Я проводила его взглядом и провела пальцем по прочерченному капитаном курсу от Исла-де-Розас до Исла-Сантьяго. За время, проведённое на «Чёрной Жемчужине» иметь дело с картами мне почти не приходилось, а посему относительно небольшое на бумаге расстояние между островами вызывало справедливые вопросы о том, каково расстояние на деле.
— И скоро прибудем? — безразлично спросила я.
— Дня три при попутном ветре, — Джек щёлкнул крышкой компаса и одарил меня чарующей улыбочкой.
