— Я видел… Все. Сверху далеко видно. Следующие дни думал неотрывно, кого увижу рядом с собой. А увидел Финдэ, первая мысль была — и он в плену.
Морьо даже не понял, поймал ли воспоминание Майтимо, или сам так хорошо представил скалу, низкие облака и войско внизу, на которое плещет поток огня, что чуть не взвыл.
Уткнулся лицом в ладони.
— Безумно рад, что не увидел рядом тебя, — Майтимо вздохнул и дёрнул его за ухо, как в детстве.
— Финдэ… не управился бы — с двумя, — не без труда выговорил Морьо, криво усмехаясь. — Слухи о твоём спасении… разнеслись среди пленных за считанные дни. Все были счастливы так, словно свод разломился и солнце пришло.
Перевел дух. Бросил взгляд за окно — солнце клонилось к закату и его лучи уже проникали вглубь комнаты. Впервые он разглядел сквозь стекла вид отсюда — слияние рек, убегающий вдаль поток и раскрывающаяся к западу долина.
Майтимо разломил пальцами ржаную лепешку. Кажется, просто, чтобы занять руку.
— Я хочу знать то, о чем ты умолчал при встрече, — сказал он. — Что было на землях синдар.
— Тингол.
— Тебя узнали?
— Я назвался ему и его спутникам. Главное в другом. Он в ярости, Нельо. В очень… Знакомой ярости.
— Скажи главное. Он готов мстить? Он ударит нам в спину на востоке? — Майтимо тоже ждал худшего, какое знакомое чувство!
— Против этого подняла голос его же дочь и некоторые верные и родичи. При мне, Нельо. Прямо при мне. Думаю, удара в спину не будет.
— Что?! — выдохнул хрипло старший брат.
— Я с тех пор не могу перестать думать — что, если бы мы поддержали тебя? Что, если бы не дали хотя бы сжечь корабли, если не…
— Молчи!!!
Майтимо сжал кулак так, что побелели костяшки пальцев и выступила сеть мелких шрамов, незаметная прежде.
Стало тихо. Морьо встал и распахнул окно, звякнули мутноватые стекла в рамах. Ветер смел хлебные крошки со стола.
— Я обещал приют всем товарищам по бегству, если их не примут родичи, — сказал Морьо твердо. — И всем, на кого падёт немилость Тингола после того случая. Всем нандор и синдар, кто придет и спросит Дагмора или Карантира.
— Не стану возражать. Даже если это будет дочь Тингола.
— Не думаю… Но его командира пограничной стражи, который поднял голос за меня и делился одеждой, я был бы рад видеть.
— Куталион? Хорошо же ты взбаламутил болото за Завесой!..
Майтимо помолчал.
— Я отправил письмо Нолофинвэ, — добавил он. — Возможно, король захочет тебя видеть. Но раньше зимы никуда не отпущу.
— Не пытайся быть нянькой!
— Я твой кано, хочешь ты того или нет. И мне нужен военачальник и союзник, а не только мой вспыльчивый брат. До зимы ты здесь и набираешься сил, это приказ.
— Надеюсь, ты не станешь проверять, словно целитель, что я ем и сколько раз?! — Морьо нестерпимо хотелось возразить хоть в чем-то, как ни глупо это было.
— Я думаю, ты справишься сам, — сказал Майтимо — и снова чуть улыбнулся.
…Спустя свечу времени Морьо приветствовал младших братьев, от души засветив каждому в челюсть и в живот.
Те даже не пытались закрыться, только Амбарто побледнел до кончиков ушей.
Третьего удара Морьо сделать не смог. Если бы они хоть защищались!
— Бей, если тебе станет легче, — сказал Амбарусса. — Я все равно рад.
— Глупцы! Дурачье!
Теперь уже Амбарто сгреб его в охапку.
— Мальчишки! Полоумные!
— Даже орёшь почти как раньше!.. — сказал Амбарусса, шмыгая носом. Амбарто уже плакал и смеялся, не скрываясь.
— Поверить не могу…
— Пяти дней не хватило?!
— А ты отъелся, пока спал! На себя стал похож…
— Прости, не отдыхал на море!
— Морьо, умолкни! — сказали они хором, совсем как раньше, только сквозь слезы.
— Дурачье, — повторил он, вытирая глаза.
— Ну, дурачье…
— От дурака слышим…
Амбарусса нехотя отпустил его — и достал из поясной сумки свёрток.
— Сладостей принесли, — сказал он неловко. — И, знаешь…
— Твои вещи. Все сохранили, — заторопился Амбарто. — Доставят вечером.
— И ты ещё не видел здешнюю купальню!
— Мы ее особо для Нельо обустроили, на теплой минеральной воде…
— Пойдем, запихаем его в воду! А то кто-то с дороги только ел и спал!
— Хотя давно пора помыться!
— И надеть чистое!
— С вами невозможно говорить всерьёз!
— Не надо с нами говорить всерьёз… Пока ещё, — Амбарто цапнул с постели стопку чистой одежды, и они дружно потащили Морьо по коридору и вниз по лестницам, не слушая возражений.
В купальне близнецы в азарте стащили с него рубашку — Морьо начал было всерьез отбиваться — и уронили в каменную чашу с водой.
…Чистая, очень теплая вода обняла еще лучше стеганого одеяла. Над поверхностью заклубился пар, по воде побежали блики…
От непривычного тепла ногам стало больно. Он едва сдержал дрожь и сел в воде, чтобы скрыть ее. И вздрогнул снова – от руки на плече.
— Морьо, — сказал Амбарто хрипло, — твоя спина…
— Это было… давно. Забудь.
В воде было тепло, а он еще дрожал.
