— Леська, внучка Василия Цветкова? — обрадовался Трофимыч. — И тебя с наступающим!
— Трофимыч, миленький, такое дело! — забормотала Олеся. — Вот товарищ, известный композитор из Москвы, очень хочет посмотреть наш дворец. Пусти нас, а?
Трофимыч отбивался от Олеси, уверяя, что «никак нельзя, не положено, сие — государственный объект, а не какая-нибудь, понимаешь, частная лавочка!», потом плюнул и сдался: «Ладно! Только ненадолго, и никому об этом не рассказывай!»
Он попытался сказать Олесе еще что-то про зэков, но она, крикнув: «Потом, Трофимыч, нам некогда!» — понеслась вверх по парадной лестнице, таща за собой ошеломленного Андрея.
…Огромный зал поражал прекрасной лепниной потолка и роскошью паркета. Старинная мебель, картины на стенах, мраморный камин, а в центре зала — великолепная наряженная елка. Со слов Трофимыча, елку нарядили перед Новым годом, когда в усадьбе проводили фуршет для иностранной делегации.
— Ну вот, пожалуйста, настоящее новогоднее чудо! — торжественно объявила Олеся. — Представь, что мы с тобой на балу! Сударь, я приглашаю вас танцевать!
Андрей стал отнекиваться, но Леся настояла, и они закружились в вальсе. Леся двигалась легко, непринужденно, и Андрей залюбовался ею — какая она изящная, пластичная…
После танца он церемонно поцеловал ей руку. Олеся присела в реверансе.
Они подошли к огромному окну, в котором весь парк был виден как на ладони. Олеся рассказала Андрею историю любви первых хозяев дворца — князя Петра и его жены Марии.
— Говорят, они встретились здесь, в рождественский Сочельник. Вот в этом самом зале был устроен бал, они танцевали всю ночь, а утром решили пожениться. Удивительно, да? Разве бывает так, что можно полюбить человека за одну ночь?
Андрей улыбнулся:
— В жизни все бывает!
Она вздохнула:
— Знаешь, я иногда думаю вот о чем… Как это страшно, что столько людей никогда не встретились! Ну, то есть люди прошли мимо друг друга — разминулись в пространстве и времени. Страшно… Я бы всем людям пожелала никогда не разминуться в жизни со своим самым главным человеком. Вот такое у меня для всех новогоднее пожелание!
Углядев в зале рояль, Олеся рассмеялась: «Надо же! Рояль в кустах!» — и попросила Андрея сыграть что-нибудь для нее, мстительно добавив: «Если не хочешь, чтобы я тебе спела!»
Андрей согласился, правда, с условием, что он сыграет не сочинение композитора Савицкого, а произведение Шуберта.
— Я уверен, что во времена настоящих балов Шуберт не раз звучал в этом зале!
В этой музыке была чистота, душевная теплота, радость и светлая проникновенная грусть. Она летела над дворцом, парком, лесами, ввысь — к звездам, о которых Олеся столько узнала этой ночью. И больше не было времени — Олеся видела, как танцуют на их первом балу молодой князь и красавица Мария.
Андрей встал из-за рояля, подошел к Лесе и увидел слезы на ее глазах.
— Что с тобой? Ты плачешь? Неужели я так плохо играл?
— Слишком хорошо! — проворчала она.
Он перевел взгляд на большие напольные часы. До полуночи оставалось пять минут.
— Смотри, через пять минут наступит Новый год!
Олеся всполошилась:
— Ой, надо поздравить друг друга! Я желаю тебе вдохновения, новой прекрасной музыки и чтобы твоя «Рождественская» симфония удалась!
Андрей взял ее за руку:
— А я желаю, чтобы у тебя сбылось все, чего ты хочешь, и чтобы потом, когда все сбудется, оказалось, что это именно то, что тебе нужно.
Дворцовые часы пробили двенадцать.
— Леш, — смущенно протянула Лиза, — у тебя там такой вкусный салатик был… «оливье»…
Леша улыбнулся:
— Положить?
— Давай!
— Вот видишь! — обрадовался Макарский. — Значит, в тебе еще есть что-то человеческое, и не все потеряно! А то заладила, как дурной попугай: диета, фигура!
Лиза потупилась:
— Но ведь и впрямь диета! Испорчу фигуру, растолстею, кто меня полюбит?
— Кто полюбит — тот и толстой тебя будет любить! Тебе бы, кстати, вообще не помешало стать… попышнее!
— Ты так думаешь? — удивилась Лиза.
— Ну! А то уж больно тощая! Килограммов двадцать накинуть, и станешь красавицей! Попала бы ты в мои руки — я бы тебя откормил!
Лиза покатилась со смеху. Леша заботливо положил ей в тарелку «оливье».
— Ешь! Сейчас вся страна лопает этот салат и поздравляет друг друга… Эх! — вздохнул Макарский. — Жаль, что телефон не ловит. Я даже не смогу поздравить с Новым годом родственников и ребят-сослуживцев!
— А жену? — лукаво улыбнулась Лиза.
— Я бы поздравил, да, боюсь, она не обрадуется! — развел руками Леша.
— Почему?
— Потому что… бывшая…
— Не повезло тебе с бывшей-то, Леха?
Она, конечно, задала вопрос с умыслом — ей было интересно, что скажет капитан о бывшей жене. Это вообще отличный тест для мужчин, потому что настоящий мужчина никогда не скажет про бывшую плохо, в крайнем случае он сделает такое вдребезги трагическое лицо, на котором будет ясно читаться, что его бывшая — ведьма, каких поискать, стерва и исчадие ада. Макарский же выказал себя исключительно благородным мужчиной. Он сказал, что его бывшая жена — прекрасная женщина, умница и красавица, а это он дурак и потерял ее по глупости.
