Что бы они ни пытались сделать, всё разваливалось на глазах. Попытка открыть новую фирму и перетащить наработанную годами клиентуру не увенчалась успехом. Фамилия Лемохова оказалась ключевой, и открывать двери сотрудничества Волковым не спешили. Оставалось только ждать. Притворяться перед знакомыми семьи, улыбаться полезным уродам, пресмыкаться перед сильнейшими мира бизнеса и ждать.
Глава 16
Я монотонно освобождаю обойму, отправляя патрон за патроном в висящую в тридцати метрах мишень. В наушниках играет «Enigma», укачивая расшатанные за ночь мысли, руки ловят напряжённые рывки отдачи, а глаза неудовлетворённо отслеживают узор, ложащийся на линованной бумаге. Я здесь уже двадцать минут, сорок три пули и пять композиций из альбома «The Cross of Changes», но мне до сих пор не удаётся сосредоточиться на самой маленькой окружности в мишени. Отверстия уродуют бумагу вокруг, отсчитывая час, выделенный на тренировку.
– Сегодня не в духе? – интересуется Толик, меняя бумажные листы на движущиеся тарелки. – Может, поменяем на Glock? Он полегче, и не такая отдача.
– Всё нормально, Толь. Просто задумалась, – отвечаю ему, перезаряжая Бердыш и ощущая приятную тяжесть в руке.
– Возможно, стоит перенести тренировку? Оружие не любит пренебрежение и невнимательность.
Он бросает на меня выжидательный взгляд и, получив в ответ отрицательное качание головой, покидает площадку для стрельбы. Нажимаю на кнопку, и мишени в хаотичном порядке начинают двигаться на меня, заваливаясь при попадании куска железа в цель. В каждой круглой плоскости я вижу рожи Волковых, разгорячённые от алкоголя, одержимости и безнаказанности. Каждым патроном, выпускаемым из ствола, делаю очередной шаг к мести, сокращая расстояние между прошлым и будущим.
Наушники в ушах отыграли очередной хит, и сквозь временную тишину слышу глухие хлопки ударника, выбивающего очередной снаряд. Сейчас я, наконец, стою на пути в нирвану, словив свой дзен и отпустив ненужные мысли в свободный полёт.
Перезаряжаю Бердыш, переключаю плейлист на следующий альбом и дёргаюсь от постороннего касания, прорвавшего личное пространство. Разворачиваюсь и на миг замираю, столкнувшись с глазами цвета крепкого кофе. Они насмешливо сканируют меня, магазин в руке, оставшиеся на стойках тарелки. Губы, скривившиеся в полуулыбке, что-то произносят, но я слышу только разгоняющиеся аккорды в ушах, забивающие его слова.
– Что ты здесь делаешь? – прищуриваю глаза, снимая наушники.
– Представляешь, решил зайти пострелять, а тут такой сюрприз, – отвечает, поигрывая бровями и показывая оружие в руках.
– Врёшь, – цежу, чувствуя, как раздражение поднимается изнутри.
– Вру, – кивает и зарывается пятернёй в волосы. – Следил за тобой.
– Зачем? – удивляюсь его действиям и быстрому раскрытию своего появления.
– Ты нравишься мне, Катерина. Хочу познакомиться с тобой поближе, – пожимает плечами и всматривается в глаза.
– Меня не интересуют мужчины, – смаргиваю его пристальный взгляд. – Мне не нужны отношения.
– Предпочитаешь лесбис? – задирает подбородок и растягивается в оскале.
– Предпочитаю эгофилию, – зеркалю его позу, показывая клыки.
– Такого опыта у меня ещё не было, – хрипло смеётся, запрокинув голову. – Предлагаю дружить. Тимур Карамышев.
Он протягивает мне руку, а я перебираю закладки в закутках памяти, услышав известную фамилию и прикидывая, имеет ли стоящий передо мной к ней отношение.
– Тот самый Карамышев? – вкладываю свою маленькую ладошку в его огромную лапу и сжимаю пальцы.
– Тот самый, – делает шутливый поклон головой и пожимает кисть в ответ. – Родной сын Айдара Карамышева, владельца фабрик, заводов, пароходов. Соглашайся. Будет весело.
– Золотая молодёжь? Мажор, прожигающий жизнь? – приподнимаю бровь, пытаясь выдернуть из захвата руку.
– Был до армии, – сбрасывает флер веселья, сдавливая пальцы сильнее. – Сейчас втягиваюсь в семейный бизнес. Два года как живу в офисе, постигая науку финансового мира.
– И что тебе, наследнику и преемнику корпорации Карамышева, понадобилось от простой девушки, живущей на скромный заработок официантки? – дёргаю со злостью кисть и получаю освобождение. В моей голове шуршат шестерёнки, складывая детали информации в нужные пазлы. С таким знакомством и связями возможности увеличиваются прямо пропорционально состоянию стоящего передо мной мужчины. Об Айдаре Карамышеве говорят и пишут много всего, обсуждая его растущее состояние, личную жизнь и связь с теневым сообществом, и, возможно, его сын – именно тот монстр, который поможет отомстить и занять положенное мне место.
– Повторяю. Ты мне нравишься, и я с удовольствием изучу феномен «эгофилия».
На его лице снова появляется легкомысленная улыбка, смягчающая мужскую жёсткость и сглаживающая резкие черты. Что бы он сейчас ни сказал, какую бы глупость ни придумал, я уже приняла для себя решение и собираюсь обговорить рамки отношений.
– Хорошо, если тебя устраивает статус «друг», – озвучиваю свои условия. – Никаких приставаний, намёков и посягательств на личную жизнь.
– По рукам, дружище.