Девчонка заставила Тимура попотеть. Поведение кошки – напала, отпрыгнула, увернулась, отступила. А ещё такая аппетитная грудь, повторяющая троекратно движение хозяйки, перетягивающая на себя внимание. Давно Тим не махался руками. Тяга железа – не то. Работа мышц, но при этом полная атрофия скорости и дыхалки. Сколько бы Рина ни прыгала, сколько бы ни пыталась вымотать соперника, но опыт побеждает чаще всего. Минут через двадцать Тимур провёл обманный манёвр, сделал подсечку и заломил девушку на матах, замечая, что в пылу боя касания и близкий контакт не провоцируют паническую атаку, непроизвольное сжатие мышц и страх.
Рина даже рассмеялась, растянувшись под тяжестью его тела, суча ногами и стараясь вылезти из-под туши. Тим скатился с неё, распластался звездой, продолжая касаться пальцами её руки. Он даже рискнул пошевелить мизинцем, поглаживая ребро ладошки и кайфуя от тепла, исходящего от её распаренного тренировками тела.
Рина ощущала его осторожные касания. Лежала, чувствовала и старалась разобраться в своих ощущениях. Противно не было, страшно тоже, наоборот… Мелкие мурашки лёгкой щекоткой перебегали с пальца на палец, перепрыгивали с ладони на запястья, пытались проникнуть под кожу в сгибе локтя.
– Я в душ и переодеваться, – остановила опыт Рина, не дав перерасти ситуации в неловкость.
– Давай, дружбан. Буду ждать в кафе.
Тимур поднялся, подал руку девушке, подтянул её к себе, продлевая тактильные ощущения, и отпустил, махнув рукой и направляясь к выходу из зала. Да. Странная девочка Карина-Катерина, требующая разгадки ребуса, сложного ребуса и очень интересного. Только разгадка позволит приблизиться к ней, позволит сделать её своей, а этого Тим хотел больше всего в жизни.
Хотела ли Рина быть разгаданной? По всему выходило, что дружба с Карамышевым девушке очень выгодна, даже если бы он был ей не интересен. Но Рину тянуло к нему, притягивало к его уверенности, к его теплу, вызывало чувство защищённости. Испытывала ли она когда-нибудь такую тягу к Артуру? Не пытается ли заменить пустоту, неуверенность и одиночество очередным мужчиной, не оглядываясь на прошлое? Насколько она чувствует людей, разбирается в них? Не заведёт ли себя на очередной пикник, который может превратиться в кровавую ночь?
Глава 19
– Поехали за город, Рин. Речка, шашлыки, хорошая компания, песни у костра, уютные домики. Поехали, а? Тебе понравится.
Тимур заряжает револьвер, выглядывая из-за перегородки, за которой то же самое проделываю я. За два месяца нашей дружбы мы сблизились, выбираясь пару раз в неделю в ресторан или кино и проводя все выходные вместе. Тим сопровождает меня на стрельбище, занимается рукопашкой, приобщил к кикбоксингу и уговорил позаниматься со специалистом по владению ножами. Новый незабываемый опыт. Потрясающее ощущение холодной стали в руках, всасывающей тепло от твоей кожи.
– Нет, Тимур. Я не выезжаю за город, тем более с незнакомой компанией, – отказываюсь, загоняя с излишней силой кусок металла в патронник.
– Там собираются весёлые ребята, а ты будешь со мной, – продолжает настаивать Тим. – Мы же с тобой дружбаны. Ты же знаешь меня давно.
Давно… Сколько нужно времени, чтобы узнать человека? Артура я знала восемь лет, Стаса чуть меньше семи. Тимура? Всего два месяца. Два месяца против восьми лет лжи и притворства, стоивших гибели всей моей семьи.
– Нет, – кручу головой, хватая наушники и спеша прервать разговор.
– Я не отстану, Рина. Давай разыграем? Наберёшь больше очков ты – остаёмся в городе, я – едем ловить последние летние дни.
– Хорошо, – отмахиваюсь от него и концентрируюсь на расчерченном квадрате впереди.
Если Тим упёрся, спорить бесполезно. Одно слово – Карамышев. Проще приложить максимум усилий и выиграть спор. Приглушённый хлопок, второй, ровные края отверстий на бумаге, кучкующиеся вплотную к центру. Восемнадцать выстрелов, восемнадцать попыток обыграть упрямого Карамышева.
Мы синхронно запускаем движение стоек, и я, не отрывая глаз, считаю очки, набранные Тимуром. Достаточно одного взгляда, чтобы обречённо вздохнуть и выругаться сквозь зубы. Этот лис переиграл меня на шесть очков, направив десять патронов в десятку, а остальные восемь положил тесным кружком к центру.
– Ну что? Заедем за купальниками и на природу, – довольно расползается в улыбке Тим, обнимая за плечи.
Такое проявление дружбы меня уже не коробит, особенно после совместных спаррингов каждый выходной. Тимур всегда ненавязчиво проявляет тактильность, не переходя тонкой грани. То схватит за руку и потащит в сторону кафе, смеясь и безостановочно что-то говоря, то коснётся талии, проталкивая сквозь толпу, то положит лапищу на плечи, притягивая к себе, когда нужно кого-нибудь пропустить в узком проходе.
– Тимур, я буду некомфортно себя чувствовать, – делаю последнюю попытку отвязаться от поездки.
– Обещаю, не будешь. Я от тебя ни на шаг не отойду. Клянусь.