– Не слишком торопишься, отец? – возмутился Тимур.
– В таких делах тормозить нельзя. Знаешь, сколько охотников повылезает после того, как она вступит в свои права. Лемохов оставил дочери приличный капитал, а трастовый фонд делает Карину слишком лакомым кусочком.
– Мы не обсуждали этот вопрос, и Рина не готова ещё к таким кардинальным изменениям в жизни, – попытался объяснить парень своему твердолобому отцу.
– Так сделай, чтобы была готова. Карамышев ты или нет, – рявкнул Айдар и сбросил вызов. Он всегда гордился упёртостью сына, считая это качество двигателем в воспитании мужского «Я», но сейчас его бесила несговорчивость Тима и нежелание слушать действенные советы.
Карамышев-старший вызвал своего помощника и уставился в окно. Осень всё активнее заявляла права, золотя листья, оголяя скелеты кустарников и деревьев, затягивая небо тяжёлыми тучами. Мужчина никогда не любил осень, она напоминала ему о встрече с единственной женщиной, которую он любил, единственной, с которой хотел состариться и покинуть бренный мир в один день. Не вышло. Она не перенесла тяжёлые роды, случившиеся внезапно во время селевых потоков, отрезавших деревню от всего мира. И его не было рядом, он только получил информацию о её месте нахождения и рвался к ней, помогая разбирать завалы.
Это потом вмешались родители, организовав свадьбу с правильной невестой, которая приняла Тимура как своего ребёнка, которая слишком полюбила маленького мальчика и его отца, находящегося в тот момент на грани всё пожирающей боли, которая никогда не признается сыну, что жизнь ему дала другая.
– Вызывали, Айдар Тахирович? – помощник неслышно прошёл в кабинет и остановился рядом со столом.
– Приставь к Лемоховой пару человек, Ильнар. К ней никто не должен подобраться. Только тихо, чтобы Тимур не догадался.
Ильнар кивнул и вышел, а Айдар прошёл к бару, достал коньяк, плеснул в стакан и залпом выпил. Оля… Олечка… Он до сих пор любил её и не смог простить родителей за то, что заставили её бежать, скрываться, загнали, как испуганного зверька, лишили медицинской помощи, убили.
– Ну и сука ты, Карамышев! Своими руками пытался сделать то же самое! Решил, что знаешь, какая жена нужна сыну! Прости, Оленька… прости, родная, что плохо справляюсь с ролью отца. Исправлюсь, обещаю. Ради тебя исправлюсь.
Глава 32
– Ринка! Это правда?! Ты Лемохова?! Наследница корпорации?! – трясёт меня за плечи Лиска, крича и одновременно прыгая на месте. – Представляешь, что сейчас начнётся?! Жаба Лариска подавится собственным ядом от зависти, а мажорик Владик повесится на собственном языке за то, что предпочёл Лариску тебе!
При нашем появлении аудитория замолкает, и эту сгустившуюся тишину можно разрезать ножом. Мои кроссовки издают такой шум, как будто на мне каблуки с металлическими набойками. Наш проход к парте сопровождается прожигающими взглядами, а сердце глухо стучит в такт шагам. Такое внимание напрягает, но самодовольная улыбка моей рыжухи ослабляет канаты, стягивающие душу страхом.
– Видела, Ринка, видела? Мы их уделали. Теперь ты звезда, а я твоя лучшая подруга… значит тоже звезда, – слишком громко шепчет на ухо Лиска, смеша своей лёгкостью и позитивом. – Посмотри, как у Ларки выкатились глаза, того и гляди запрыгают по полу. Главное – не наступить. Противно будет сдирать с подошвы склизкие ошмётки.
Её задор и бесконечная болтовня отвлекают от мыслей о Волковых и на какое-то время погружают в недалёкое прошлое, где всё было подвластно продуманным действиям. Учёба, работа, физическая подготовка, семейные ужины по выходным, встречи с Тимуром и отсчёт дней, двигающихся к мести. Сейчас маховик запущен, и механизм набирает скорость, грозясь погрести под собой множество жертв.
– И каково из нищей официантки вдруг проснуться и превратиться в богатенькую наследницу? – язвительно шипит Лариска, когда я прохожу после пары мимо неё.
– Может, я и не засыпала? – холодно отвечаю ей, посылая следом замораживающую надменность, впитавшуюся с рождения с молоком матери.
Ларку перекашивает от злости, но шикарной вишенкой на торте становится приезд Тимура в сопровождении двух машин охраны. Обычно мы встречались вечером дома, но после появления Волковых на пороге нашей квартиры Тим предпочитает окружить меня охраной и усилить контроль над моим передвижением. Комплекса птички в клетке не возникает, потому что Карамышев-младший тонко чувствует опасность, кружащуюся вокруг меня.
Для полного эффекта Тимур выходит из автомобиля и, держа в руке потрясающий букет, делает шаг навстречу, заключая в объятия и демонстрируя сногсшибательный поцелуй.
– Выкусите, – слышу за спиной голос Лиски и растягиваю губы в широченной улыбке.
– Какие планы? – интересуюсь у Тима, беря его под руку и разворачивая к машине.
– Как насчёт обеда перед встречей с Романом Аристарховичем? – спрашивает Тимур, открывая пассажирскую дверь.
– Согласна, – киваю, наблюдая за вытянутыми лицами сокурсников и чрезмерно довольной рыжей звездой, провожающими взглядом внезапно нашедшуюся наследницу в компании потрясного мужчины, привыкшего есть золотой ложкой.