Больше чем спать Джо хотелось только, чтобы прежде уснул Мишель. Оставлять парня наедине с собой в таком настроении было нельзя, еще глупостей наделает, а Вьера, долго крепившись, захрапел таки прямо за столиком в закрытом баре. Однако когда Джо его растолкал, он в очередной раз наотрез отказался ехать домой. Компромисс был достигнут, когда Вьера отправился «немножко вздремнуть» на диван в кабинете. А вот у Д’Эстена сна не было ни в одном глазу. И это после такого дня.
До больницы — ближайшим оказался военный госпиталь — они добрались без приключений. Похоже, с рукой у Ранто все будет в порядке. Осматривавший его врач, похвалил за вовремя оказанную первую помощь, иначе по его словам, они могли парня и не довезти. По официальной версии, совместно придуманной по дороге, Эжен поранился, случайно разбив окно.
Мишель всю дорогу молчал, поинтересовавшись только, все ли Наблюдатели теперь носят при себе оружие, странно усмехнулся, узнав, что это действительно так, и больше не произнес ни слова, не спросил даже, куда его везут, после того как помог донести Эжена до здания госпиталя. С тех пор Джо всюду таскал его за собой, и не только потому, что Рада недвусмысленно дала понять, что он отвечает за парня головой. Выглядел Мишель, мягко говоря, неважно. Улыбчивый, застенчивый паренек, разыскивавший для него пару раз нужные бумаги в архиве, бесследно исчез.
Уйти из людного в вечернее время зала в баре Д’Эстен наотрез отказался. За причинами, почему он не хотел оставаться наедине с бывшими коллегами, далеко ходить не нужно было. И Джо его понимал. Весь вечер Мишель с ожиданием вскидывал взгляд на дверь с каждым новым посетителем, словно забыв о том, что приди сюда Рада, он бы почувствовал заранее.
Пару раз он порывался уйти, и оставил попытки только, когда Джо сообщил ему, что несколько часов назад проезжавшие по шоссе, на Марсель, видели над лесом молнии средь бела дня и ясного неба, а Наблюдатели не нашли там ничего, кроме обожженных деревьев и забрызганной кровью травы. Кем бы ни была победительница, она увезла с собой тело. Мишель вроде согласился, что лучше всего будет подождать в баре. Но как же нелегко ему давалось это ожидание.
Джо взялся за очередную чашку кофе. Начинало светать. Мишель с отвращением смотрел в стакан с виски, потом залпом его осушил. Он пил всю ночь. И не пьянел. И, черт возьми, не засыпал. Джо вздохнул, и в сотый раз за эту ночь сказав себе, что он слишком стар для всего этого, сел напротив Мишеля и налил и себе. Тот поднял на него взгляд, нет, похоже алкоголь свое дело все же делал.
— Если бы она победила, то уже бы пришла, — черт, по глазам видно, что парень до смерти хочет, чтобы ему возразили, но опровержения, утешения и предположения встали комом в горле, и надежда во взгляде напротив погасла.
— Она это из-за меня, — прошептал Мишель.
— Брось, Фелисия не из тех, кто забывает обиды. С тобой или без. Она бы все равно мстила, — Мишель не слушал, он судорожно сжимал в руке стакан, глядя сквозь соседний столик.
— Я не хочу быть Бессмертным, я не хочу так… ну, почему я?! — сколько глухого отчаяния. Что Джо мог на это ответить? Почему именно Мишель Д’Эстен оказался Бессмертным? А почему Маклауд, Митос, Аманда, тысячи других? Ведь по сути никто из них этого не выбирал, в один прекрасный день они просто были поставлены перед фактом. Джо пожал плечами.
— С тем же успехом я могу спросить, почему я смертен?
Мишель уставился на него, словно впервые увидел, и собрался было что-то сказать, но вдруг вздрогнул и резко поднес руку к виску. Рывком поднявшись и опрокинув стул, он, не обращая внимания на окрик Джо, опрометью кинулся на улицу.
Молодой дурень! Можно подумать, в Париже Бессмертных — одна только Рада. А если это Мартинс, получив голову той, явилась за упущенным?
Вытащив из брошенного Д’Эстеном плаща пистолет, Джо как мог быстро последовал за ним.
Снаружи по земле пеленой стелился туман, обволакивая все предметы легкой серой дымкой, впитываясь промозглой сыростью в волосы и одежду. Поблизости стояли двое Бессмертных. Джо медленно убрал пистолет. В нескольких шагах от него Мишель сжимал в объятиях Раду, уткнувшись лицом ей в плечо. Парня трясло. Показалось из-за утренних сумерек, или на лице Бессмертной мелькнула растерянность? Немного поколебавшись, Рада высвободила руку и стала осторожно, словно боялась обжечься, поглаживать Мишеля по спине, тихо что-то сказав. Джо встретился с взглядом серых глаз, повернулся и медленно пошел обратно в бар. Нет, он определенно слишком стар для всего этого.
— Привет! Смотрю, ты процветаешь. Ты везде, куда придется ехать, будешь открывать «Блюз-бар»? — Вьера присел на стул у барной стойки и жизнерадостно улыбнулся Джо. Тот хмыкнул и вместо приветствия протянул Патрику пиво.
— У меня плохо с фантазией.
— Ничего не слышно? — без перехода спросил Вьера, уточнять, о чем он, не было необходимости.
Джо отрицательно покачал головой.
