За семью печатями полностью

Впервые имя Урарту появляется в надписях ассирийского царя Салманассара I в XIII веке до нашей эры. В последний раз мы встречаемся с ним около 520 года до нашей эры в Биситунской надписи царя Дария; тут уже оно звучит по-персидски, как Урашту. На протяжении этих семи столетий взошла над миром и закатилась звезда Биайны — вся ее история уложена в них.

Цари Урарту, такие, как Ишпуини, сын первого Сардури, живший еще в IX веке, как его наследник и одно время соправитель Менуа, как сын этого Менуа Аргишти Первый, много сделали для процветания Биайны. Далеко на север и на запад раздвинули они границы страны: город Менуахинили красовался у нынешнего села Ташбурун, на Араксе; город Аргиштихинили стоял на нынешнем Армавирском холме в Армении. Но больше всего пеклись они о процветании своей столицы Тушпы (теперь город Ван) и ее окрестностей.

Со дней Аргишти в тяжелой глыбе Ванской скалы высечены обширные гроты, пещеры и каменные ниши — урарты называли их «воротами бога»; теперь это «пещеры дьявола». Там, в глубине этих пещер, найдена большая часть клинообразных надписей, прославляющих дела урартских царей.

Урарты насаждали сады и виноградники, орошали поля, строили храмы и дворцы, вели оживленную торговлю по дорогам древней Азии, но боги не благословили их страну миром. Если верить древним надписям, вся вина лежала именно на них, богах, ибо они любили кровь и никак не могли ужиться друг с другом.

Грозный Ашур, которому поклонялись ассирийцы, с ненавистью смотрел на возвышение урартского бога Халда, и Халд платил ему тем же. Бог войны, бог грозы и бури Тейшеба рвался в бой против свирепого ассирийского Нергала. Цари подчинялись велениям богов, народы волей-неволей шли за царями, песни сменялись стонами, небо темнело от дыма пожарищ, ужас и запустение воцарялись там, где вчера волновались нивы, цвели виноградники, шумели рынки и базары.

На глиняных призмах, заложенных в фундамент храма, записал ассирийский властитель Тукультиапал Эшара I (греки переименовали его в Тиглатпалассара) страшную повесть о своем вторжении в страну Наири, где жили и урарты:

«Ашур, владыка, послал меня на страны далеких царей, не знающих подчинения, и я пошел... 23 царя страны Наири велели собрать в своих странах колесницы и войска и поднялись против меня на войну и на битву... Я надвинулся на них в ярости моего грозного оружия. Я как наводнение Адада учинил истребление их многочисленного войска. Их большие города я завоевал, их богатства я вывез. Их поселения я спалил огнем...»

Прошло два с половиной века, и новый бич народов, Салманассар III, идет с огнем и мечом к берегам Верхнего моря — озера Ван:

«К царскому городу Арама-урарта я приблизился. Урарт Арам испугался горечи моего сильного оружия и сильной битвы и оставил свой город. В горы Аддури он поднялся, за ним поднялся и я. Сильную битву устроил я в горах...

Их кровью окрасил я горы, как шерсть, его лагерь я захватил, его колесницы, всадников, коней, телят и богатое имущество привел я с гор... В моей могучей силе, как тур, раздавил я его страну, поселения превратил в развалины и сжег огнем...»

Бедная страна, бедный народ!.. Но военное счастье переменчиво, а богов, очевидно, преследуют свои удачи и неудачи. И вот уже сын Аргишти Сардури столетие спустя деяния свои просто приписывает богу Халду:

«Бог Халд выступил, великой милостью своей покорил он мне Мурину, царя Уеликухи, покорил он Синалиби, сына Лyexu-царя, страны города Тулихи, покорил он Ашурнирари, сына Ададнирари, царя стран Ассирии...»

Ассирия явно пришла в упадок: Сардури упоминает о ней среди других побежденных областей. И надо сказать, выполняя приказы Халда, осеняемые кровавой десницей Тейшебы, урартские цари были не милосерднее царей Ашура.

«Направился я в Эрах, страну захватил, поселения сжег и разрушил, все опустошил, мужчин и женщин увел в Биайну».